Книга Проигранная жена. Таверна на воде, страница 49 – Юлия Пульс

Рей с утра ушлепал к своему Тиамату, а мы с малышкой поехали на рынок, всю дорогу обсуждая планы на день. Рэнди с огромным энтузиазмом поддержала мою идею с плаванием. Так что мы решили прикупить себе модные по местным меркам купальные наряды и прикольные треугольные шляпы. Как только закупили недостающие продукты, не стали терять время зря. Пока нанятые рабочие грузили ящики с товарами в повозку под присмотром Мортена, мы бегали с малышкой по рынку от лавки к лавке, развлекаясь примерками. Я задержалась у той, где торговали праздничными одеждами и чуть не взорвалась от восторга, когда увидела голубое платье с расклешенной юбкой в пол. Его цвет в точности повторял цвет глаз дракона. Летящая ткань, дивный приталенный крой и никаких дурацких рюшей. Бретели выгодно подчеркивали линии хрупких плеч, а вырез сердечком идеально выделял грудь. И последний штрих – белый поясок. Я крутилась в этом платье у зеркала, сверкая своими рыжими волосами и радовалась, как малое дитя. Ну вот как не купить такую красоту?!

Довольные новыми приобретениями, мы с Рэнди вернулись к повозке и удобно уселись рядом с Мортеном. Лошадка, не спеша, повезла нас по тракту через село в сторону берега. Сначала я не поняла, почему сельчане ведут себя не как обычно. Некоторые кучковались, что-то обсуждая и поглядывая на нас. Другие в суете куда-то бежали. А когда мы проезжали мимо дома Мортена, его отец, как шальной, выбежал на дорогу с ведром в руках.

— Горит!!! – закричал он и замахал рукой.

Я ни черта понять не могла.

— Что горит? – заозиралась по сторонам, не наблюдая ни одного горящего дома рядом.

— Таверна «Морская звезда» горит! – истерично завопил Гюнтер и у меня мир поплыл перед глазами. Я повернула голову в сторону берега и за деревьями увидела столб серого дыма.

Сама не поняла, как почти на ходу соскочила с повозки и помчалась по дороге быстрее лошади. Никогда еще в таком страхе у меня не билось сердце. Казалось, еще немного и вырвется из груди с дикой болью, но я бежала на пределе сил и быстро вырвалась на финишную прямую. Там и увидела, как деревянная таверна горит, словно факел, а вокруг суетятся люди в отчаянных попытках потушить ведрами с водой то, что потушить невозможно. Уже и мостик был окутан пламенем. На него падали обугленные балки. Жар исходил такой, будто я горела в аду. Подойти ближе было не реально. Крики, вой, толпа – все смешалось в какофонию ужаса, а я застыла с выпученными от шока глазами. Не могла с места сдвинуться, окаменела.

— Дедушка меня убьет, – я почувствовала, как в мою ладонь проскользнула теплая детская ручонка и только тогда оторвала взгляд от кострища. Прижала к себе Рэнди и содрогнулась, разрыдавшись.

Меня в моменте накрыло осознанием, что мы с ребенком лишились и бизнеса и крова разом. Ничего не осталось, имущество догорало, как спичка.

— Не плачь, Окта, мы ведь живы, – утешал меня ребенок, который ни слезинки не проронил. А я, взрослая тетка, совсем расклеилась, осела прямо на землю и схватилась за грудь, ощущая полнейший крах. Мысли путались, я почти ничего не соображала.

Нас обступила толпа сельчан. Кто-то стакан водички протянул, кто-то угостил Рэнди фруктом. А старушка Батильда помогла мне подняться и обняла за плечи.

— Сочувствую вашему горю. Пусть мужчины тушат. Идемте ко мне. Чаю попьем, легче станет, – и повела нас в обратную сторону от пожара.