Книга Голос мотылька, страница 101 – Юлия Пульс

Я не понимала, за что он так поступает со мной. Вытирала слезы и прокручивала в голове воспоминания. Ничто не предвещало беды. Сейчас мы должны были закрыться в комнате и не отлипать друг от друга. Я так соскучилась по его объятиям и поцелуям. Почему же Илья другого мнения? Такая каша в голове! Я рыдала от бессилия, терзая душу.

– Бессмысленно. Так можно долго проплакать. Нужно действовать. Поговори с Аней. Она постоянно находилась с ним рядом. Поговори с Ильей. Задай ему прямой вопрос. Выясни, почему он пренебрегает тобой.

– Веришь, мне так обидно, что я даже не хочу действовать. Почему я постоянно должна за него бороться? Когда уже он поборется за меня?!

– Ты уже достаточно пожалела себя. Пора собраться в кучу и быть сильной. Прекрати хныкать и капризничать! Тебе не пять лет!

– Не могу. У меня больше нет сил.

– Так и будешь сидеть в вонючей коморке и реветь?

– Да!

– Удачи!

Наконец я наедине с собой и никто не помешает оплакать свою судьбу. Я впала в состояние комы. Ощущала только, как сильно бьется сердце, и соленые слезы заливают ладони. Я будто в середине воронки бед всего мира. Пусть она сожрет меня без остатка и оправит в небытие. Туда, где нет этой душевной боли. Где нет мыслей и переживаний. Где царит только забвение и покой.

Дверь заходила ходуном, и я очнулась от шума.

— Лана!

Запах дождя заползал в ноздри. Я задержала дыхание и уткнулась в воротничок куртки.

— Ты здесь? Я везде тебя ищу.

Вадим пытался открыть дверь, но щеколда не позволяла этого сделать. Я поджала ноги и замерла. Не хотела, чтобы он меня нашел.

— Лана… Я знаю, что ты здесь. Открой. Надо поговорить.

Я продолжала молчать. Парень подпрыгнул и повис на двери, сверху разглядывая, как нелепо я пытаюсь скрыться.

— Открой.

— Уходи!

— Я не позволю тебе тут сидеть. Придется ломать дверь.

Он пропал из виду и уже через мгновение долбанул по двери так, что она распахнулась, а щеколда упала на пол.

Я посмотрела в его глаза, в которых читалась жалость. Вадим присел на корточки напротив меня и положил руку на кроссовок. Только я захотела даром заставить его уйти, как он заговорил, заставив меня притормозить:

— Пойдем отсюда. У меня сюрприз для тебя.

Он протянул мне ладонь, а я отвернулась.

— Оставь меня.

Не лучшее время для сюрпризов. Он не виноват в моих бедах, и грубить не хотелось, поэтому я замолчала.

— Если не хочешь разговаривать, не надо. Просто пойдем со мной. Я кое-что покажу и все. Не понравится, вернешься сюда.

Я ничего не ответила, зарывшись лицом в колени. Я так приросла к этому ведру, что была уже с ним неразделима. Грязное маленькое пространство отлично характеризовало мою жизнь. Это среда, в которой я должна обитать, корчась от боли. Ничего хорошего не осталось. Последний лучик солнца в лице любимого потух и погрузил меня во мрак.

— Пошли. Хуже уже не будет.

Я подняла на него взгляд и кивнула. Действительно. Хуже уже некуда. Поднялась и поплелась вслед за Вадиком. Мы шли так долго по лабиринтам бункера, что я окончательно заблудилась. Но зато немного отвлеклась от мрачных мыслей.

— Куда мы идем?

— Уже пришли, – заулыбался парень, взял меня за руку и медленно отворил огромную металлическую дверь.

От неожиданности увиденного я на миг забыла, как дышать. По обе стороны белые столы с множеством горшков, в которых краснели мелкие, будто ягодки помидоры. Мы шли по узкой дорожке, и я уже рассматривала горшки с лимонами, луком и зеленью. Такие простые фрукты и овощи здесь смотрелись сказочными растениями. Оазис жизни посреди адского пепла. В самом конце оранжереи стоял круглый столик с двумя стульями. Аккуратно застелен белой скатертью, на тарелке фруктовая нарезка, два бокала и бутылка шампанского. Я невольно умилилась, и Вадик заметил мою улыбку. Почти вприпрыжку подбежал к стулу и отодвинул его, приглашая присесть. Я долго не решалась, но запах фруктов так манил, что отказаться не смогла.