Книга Голос мотылька, страница 52 – Юлия Пульс

– Ничего нам не чуждо. Поэтому Эрик занервничал.

– Если так, то может не стоит рушить мир, в котором царствует не только грязь? В каждом есть что-то светлое. С такой властью мы можем создать идеальный мир. Не будет войн, голода и бед. Только любовь и уважение.

– Это утопия, Илья. У человечества уже был шанс отмыться от грязи, но они этот шанс распяли на кресте. А теперь молятся Иисусу. Просят о благодати. Но уже поздно. Всему есть свое время.

– Почему мы не заслужили еще одного шанса?

– А разве вам не дали его на игре? Ты сам растерзал святого, чтобы спасти свою шкуру. Не отдал жизнь ради мира.

– Ты в тот момент управлял моим телом!

– Будь ты против, разве я стал бы его убивать? Вспомни Адама и Еву. Кто мешал им не поддаваться искушению? Разве змей виноват в том, что произошло?

Я понял, к чему он клонит. Осознал горькую правду его слов. У нас действительно был шанс. И только Лана была готова отдать жизнь ради святого, будучи всадником. Но правильное решение только одного человека не может спасти планету. Мы обречены тонуть в грехах. Гореть в собственноручно созданном пламени.

— Может и не пойдет.

— Говори точно, Михаил! Я не терплю приблизительности! – Эрик закипал от гнева.

— Будущее изменчиво.

— Что ты видишь сейчас?

Всадник помедлил с ответом. Он переваривал кучу вариантов исхода этой битвы. Сам до конца не верил в успех. Или не хотел в него верить? Сомнение за сомнением. Никогда раньше не ощущал такую тревогу, которая завладела разумом всадника. Он и правда не знал, что конкретно случится, но ответил:

— Она будет в свите ради Ильи. Я это устрою.

— Когда начнется война, Уриил должен стоять с нами рядом. Ты лично за это отвечаешь.

Глава 18

Лана

— Что вы делали в Бицевском лесу после комендантского часа?

Этот вопрос в разных интерпретациях мне задавали уже тысячу раз.

— Гуляла, – снова и снова отвечала я.

— У вас при себе нет документов. Вы не вживили чип. Не говорите, как вас зовут. Мы вынуждены задержать вас до выяснения личности.

— А я не успела вживить чип, – развела я руками, – Оштрафуете? – подмигнула я молодому полицейскому. Парень засмущался и опустил взгляд на бумагу, на которой усердно что-то писал все время допроса.

— Будет лучше, если вы добровольно представитесь, иначе придется вызывать специалиста. По отпечаткам пальцев мы идентифицируем вашу личность и вживим чип. Выплата будет производиться за минусом штрафа за нарушение комендантского часа.

— Понять, кто я такая вы можете легко. Забейте впоисковик Интернета видео с коронации президента. Тогда поймете, почему у меня нет чипа, и никогда не будет.

Он посмотрел на меня с прищуром и через мгновение округлил глаза. Узнал.

Полицейский вышел из-за стола, отвернул камеру в сторону и нажал какую-то кнопку на пульте. Присел на краешек стола и взял меня за руку. Я опешила.

— Лана, – начал он, – или мотылек, как вас прозвали в народе. Безответная любовь президента и предводитель восстания против системы. Я узнал вас в тот же миг, как вы вошли в кабинет. Мы с женой тоже не в восторге от чипов и считаем их порабощением человека. У меня не было выбора. Я его вживил, – он указал на запястье с маленьким шрамом. – Жена еще держится. Мы надеемся, что все изменится и церковь сможет сопротивляться.