Книга Крылья мотылька, страница 120 – Юлия Пульс

Лана наблюдала за мной, утирая пот с лица. Она выглядела изможденной. Казалось, вот-вот упадет в обморок. Я надеялся, что деликатес ей поможет.

Пока насаженная на ветку змея жарилась, я присел к девушке и протянул сигарету. Она затянулась и прикрыла глаза. Я тоже с удовольствием закурил.

— Почему мы здесь? — прошептала она, не открывая глаз.

— Эрик выбрал эту площадку.

— Почему? Почему именно эту? Почему он собирал нас именно в Черкесске? В стране так много других городов.

— Он родом из этих мест. Как-то он рассказал мне, что так же, как и мы, жил обычной человеческой жизнью. Никогда не верил в бога. Никогда ни в чем не нуждался. У него была большая семья: четверо братьев, сестра, родители. Однажды ночью он проснулся от странного ощущения. Ему казалось, что кто-то сидит на его кровати и смотрит, а потом он почувствовал до боли крепкие объятия. В тот же момент в голове возник голос.

— И что он сказал? — оживилась Лана, приподнимаясь на локтях.

— Эрик так и не сказал. Он многое держит в секрете. Но тогда, в замке, он посоветовал мне прислушаться своему внутреннему голосу. Ведь в нас тоже кто-то вселился.

— Ты слышал этот голос? — округлила глаза Лана.

— Напрямую я с ним не общался, но думаю, что это он посылает мне видения.

— Получается, что если поговорить с тем, что в нас вселилось, можно узнать, кто он? Понять, за кого ты играешь?

— Да. Я считаю, что можно. Раньше мне казалось, что я близок к этому, пока видения о тебе не стали всплывать все чаще.

— Почему я так подействовала на тебя? В чем наша связь?

Я молчал, пытаясь найти ответ на этот вопрос, но не находил.

— Может, я и правда святая? У меня никогда не было ощущения, что во мне сидит сущность и управляет даром или пытается общаться. Я не чувствовала, что кто-то в меня вселился. Внутри есть только я и больше никого. Это точно, — Лана замотала головой.

— Может, и так, но не факт. Как говорил Эрик, святой — это такая же сущность, как грехи и всадники.

— Интересно, а зачем нужны грехи в этой игре? — задумалась девушка, протягивая руку с просьбой выдать ей новую сигарету.

— Я и сам задавался этим вопросом. Эрик сказал, что если всадники и святой знают, кто есть кто, но не говорят своим сосудам, как он выразился, то грехи нет. Эти сущности должны где-то запутать остальных, а где-то помочь. А когда игра закончится, они будут служить той или иной стороне. В общем, они помощники.

— Так, значит, сосуды, — выплюнула она последнее слово, — умирают для массовки!

— Мотылек, если бы я только знал наверняка, — вздохнул я.

Она резко закрыла мне рот ладонью и часто задышала.

— Здесь кто-то есть, — запаниковала она, вскакивая на ноги.

Я повторил ее маневр и стал оглядываться по сторонам.

— Хвойный с горечью, хвойный с горечью, — шептала она. — Не могу вспомнить.

— И не надо, — улыбнулся я, заметив на дереве движение.

Ветка хрустнула, и София рухнула на траву, едва не задев мой выстраданный костер. Лана спряталась за ствол, а я подал цыганке руку.

— Привет, ребята, — пожала она плечами. — У вас вкусно пахнет.

Лана

Камушки кружили в воздухе, огибая голову черноволосой цыганки, пока она с наслаждением вкушала жареную змею. Зря я ее испугалась. Девушка выглядела такой же зашуганной, как и я. Почему неуязвимость не придавала ей уверенности в себе? Так странно. Вот Лариса пользовалась своим преимуществом по полной программе.