Книга Крылья мотылька, страница 168 – Юлия Пульс

— У меня нет тела. Увидеть меня невозможно. Возьми образ из фильма или картинок.

— Тогда я могу представить тебя только на белом коне, в белом плаще, с луком и стрелами в руках.

— Подойдет. Представь примерные черты лица.

— Я представил тебя с моим лицом.

— Очень хорошо. Это то, что надо. Представляй, что ты сейчас скачешь на белом коне. Почувствуй ветер в волосах. Повторяй за мной. Я впускаю в душу всадника апокалипсиса, которому имя Завоеватель.

— Я впускаю в душу всадника апокалипсиса, которому имя Завоеватель.

— Одно тело на двоих. Одни мысли на двоих.

— Одно тело на двоих. Одни мысли на двоих.

— Отныне мы одно целое.

— Отныне мы одно целое.

Я почувствовал тошноту, словно в глотку засунули два пальца. Едва стерпел этот приступ и ощутил во рту сухость.

— Все прошло хорошо. Вернись и попей воды. Веди себя непринужденно. Я подчиню себе тело, когда настанет нужный момент. Не бойся. Ты будешь наблюдать, будто со стороны, и сделать ничего не сможешь. Как только я убью Назара, верну тебе власть над телом.

— Не подведи. Я тебе доверился.

— Можешь во мне не сомневаться.

— Почему так долго? Я уже хотела идти тебя искать, — взволнованно заверещала Лана.

— Все хорошо, мотылек.

Я выхватил из рук Марата бутылку с водой и осушил в два счета.

— Что с тобой? — насторожилась Лана и ее ноздри зашевелились.

Девушка подошла ко мне вплотную и принюхалась.

— Что она чувствует?

— Серу.

— Черт! Почему ты не сказал, что она почувствует?!

— Ничего страшного.

Лана схватила меня за руку и потащила за собой подальше от костра.

— Что ты сделал, любимый?! — она прикрыла губы руками, а на глаза навернулись слезы.

— Ничего, — соврал я, пытаясь ее обнять.

Лана отстранилась.

— От тебя пахнет серой, — она прошептала эти слова так, словно стояла у могилы и готовилась бросить горсть земли в яму. Отчаянно и в последний раз.

— Нет.

— Я чувствую.

— Сделай что-нибудь!

— Она не может сейчас этого почувствовать. Я тобой не управляю.

— Тебе показалось.

Лана снова втянула воздух и с шумом выдохнула.

— Наверное, — она уперлась лбом в мое плечо. — Обещай мне, что не примешь сущность. Умоляю, милый. Я не хочу тебя потерять. Им нельзя доверять. Прошу. Пообещай.

— Ну и что мне теперь делать? Я не могу ей врать.

— Ври! Иначе ничего не получится. Она не должна знать!

— Обещаю, — выдавил я из себя.

— Не нравится мне все это. Такое ощущение, что допустил ошибку и предал мотылька.

— Так и есть, — прошипела сущность.

Я увидел, как рука потянулась к ножу. Я больше не мог управлять телом.

Лана

Я не владела даром в полную силу, но все равно почувствовала серу, что сопровождала Эрика, проявилась у Бори, а сейчас у Ильи.

Он сжал в руке нож и посмотрел на меня. Я увидела в его глазах темноту. Голубые льдинки потемнели до глубокого синего. На лице появилась ухмылка, неприсущая пророку.

Это как страшный сон. Его обман погрузил меня в беспомощное состояние. Разве можно было пообещать и тут же все разрушить? Я окаменела. Не могла сдвинуться с места даже тогда, когда Илья рванул в сторону игроков.

Назар!

— Назар! — закричала я что было мочи, и брат обернулся. — Беги!

Но брат не собирался следовать моим указаниям. Он вынул из-за пояса тесак и стоял с гордо поднятой головой. Он ждал Илью на бой. Честный бой. Игроки расступились, оставляя Назара в одиночестве, никто не собирался ему помогать.