Книга Чудовище Темного леса, страница 43 – Юлия Пульс

— Принеси чистой воды, — произнесла со злостью.

— Ты меня слышишь, Синти?! — повысил он тон и коснулся моего плеча.

Я резко стряхнула с себя его ладонь.

— Воды принеси! — только тогда за спиной услышала звон бьющейся о металлическое ведро ручки. Хлопнула дверь и я позволила себе выпустить изо рта жалобный стон. Еще немного и разрыдаюсь в голос. Поэтому тут же его проглотила, но он распирающим комком застрял в горле, выдавливая изнутри еще больше слез. Они капали на серую шерстку волка, а руки дрожали, словно при ознобе. Не обращая на это внимания, продолжала аккуратно снимать бинты с раны.

Эгри встрепенулся и заскулил от боли, не открывая глазок.

— Тише, миленький, тише, мальчик. Потерпи, родненький, — наклонившись, обняла волка и уткнулась в серую мордашку лбом. Шумно схватила ртом воздух и простонала.

Нельзя так! Нет! Я не смогу уйти. Как буду жить дальше без лесного чудовища, чей образ намертво проник под кожу? Разве можно вырвать его из сердца и все забыть?

— Синти, позволь мне, — поставил на пол ведро и мягко опустил руку на мое плечо.

И я позволила, потому что понимала, в этом состоянии не справлюсь с перевязкой.

Волоча за собой налитые свинцом ноги, прошла к столу и опустилась на табурет.

— Не выгоняй меня, Сай, — произнесла на надрыве и с надеждой посмотрела на чудовище, а Сай даже не обернулся.

— Я не гоню, Синти, я спасаю тебе жизнь. Другого выхода нет. Сегодня ты чудом спаслась. Мне будет спокойнее, если ты уедешь подальше от леса. Начни все заново. А Люцию я за тебя отомщу. Однажды до тебя дойдут слухи о том, что главного инквизитора не стало. Тогда ты будешь спать спокойно. Там, далеко, ты выйдешь замуж, родишь деток и будешь счастлива, поверь, — говорил, не поворачиваясь ко мне лицом, говорил, как наотмашь по щекам бил. Это звучало настолько же правильно, насколько жестоко.

Мне хотелось вспыхнуть яростным пламенем, закричать во все горло: «Нет!», начать все вокруг крушить, но отчего-то сидела на месте, слизывая с губ соленые слезы. Почти не шевелилась, лишь изредка всхлипывала.

— Лекарства хорошие. Эгри поправится. Я о нем позабочусь. А сейчас мне пора уходить в лачугу. Я постелил тебе на печи. Отдохни, наберись сил. На рассвете я провожу тебя до тракта. Там и попрощаемся, — от последнего слова у меня мурашки по спине побежали, кончики пальцев похолодели. Казалось, вдохнуть чистый воздух полной грудью я больше никогда не смогу.

— Разве так можно? — отозвалась полушепотом.

— Так нужно, — как раз закончив с волком, он повернулся и посмотрел мне прямо в глаза.

Впервые я увидела в желтых омутах безразличие. И стало страшно. Тот самый пустой и бесчувственный взгляд, которым однажды одарил меня Люций.

Оторопев, вросла в проклятый табурет и зажала рот рукой, чтобы не исторгнуть крик ужаса. Нет, убивать не так страшно, как вдруг ощутить этот дикий холод от него.

— Спокойной ночи, — вышел из хижины и запер за собой дверь.

А я медленно припала щекой к прохладному дереву стола и тихо запела:

— Баю-бай, баю-бай, спи, малышка, засыпай… и меня не забывай…

Всю ночь я не спала, обдумывая его слова. Вспоминала безразличный взгляд и проваливалась в пустую бездну желтых глаз. Бесцеремонно ворвалась в жизнь отшельника и все испортила. Сама виновата. Изначально нельзя было оставаться в лесу. Надо было в первую очередь подумать о его безопасности, а меня всецело захлестнуло чувство мести. И вот к чему это привело. Саю без меня будет лучше. Не стоит слушать предательское сердце, лучше довериться разуму и уйти, как он того хочет.