Книга Эксперимент «Тринадцать», страница 97 – Татьяна Новикова

— Ася… Вы?

— Нужна помощь Блюме. Пожалуйста, – умоляла Ася.

Профессор покачал головой:

— Не буду обнадеживать, пойдемте в ветеринарный кабинет.

Герпетолог пожал плечами:

— Состояние запущенное. Терапию мы проведем, на какое-то время это поможет, но прогноз неблагоприятный. Рекомендую оставить вашу игуану здесь. Когда случится страшное, мы выполним все необходимые процедуры. В Москве самостоятельно это сделать сложно.

Ася не могла успокоиться и рыдала в кабинете директора. Он не мешал, не выгонял. Понимал.

Егор занялся оформлением и оплатой услуг. Игуана сидела в переноске у ног Аси.

— Рад, что вы от Блюмы не отказались. Будем поддерживать девочку. Вы, конечно, не знаете, но у нас не убивают животных, даже если у них нет шансов. Мы их за город, в санаторий, вывозим и выхаживаем до последнего. – Профессор заваривал чай. В кабинете запахло чабрецом и смородиновым листом.

— Борис Станиславович, почему вы животных не убиваете, а человека не пожалели? – все еще всхлипывая, спросила Ася.

— Что, Ася? – растерялся профессор.

— Почему вы убили сына Лихомановых? – Ася вытирала слезы тыльной стороной ладони.

— Умная девочка, – покачал головой Борис Станиславович. – И смелая.

— Расскажете?

— Попробую… – Он налил Асе чай. – У меня было сложное детство. Жесткий отец и равнодушная мать. Однажды меня защитила от них собака – Альма. Я понял, что звери в отличие от людей никогда не причиняют боль, чтобы мучить. Как я ненавидел людей, так обожал животных. Выбрал соответствующую специальность. Во время учебы в академии встретил Ольгу, Ольгу Кирилловну. Влюбился. Я решил, что ошибся. Есть другие, настоящие люди. Я летал… Был готов на все ради нее. После четвертого курса мы поехали на практику в Сихотэ-Алинский заповедник.

— Это в Приморье? На реке Серебрянке?

— Да-а-а, верно. – Профессор снова оценил осведомленность Аси. – Она изменила мне с преподавателем. Он был груб с ней! – Харитонов остановился, переживая события снова. – Я возмутился, бросился защищать ее. Завязалась драка. Я упал, сильно ударился головой. Больше ничего не помню.

— Что случилось потом? – Ася не скрывала потрясения от услышанного.

— Наверное, они решили, что я умер. Закопали в кучу угля.

— А дальше?

— Меня нашла охотница, из местных. Воровала уголь в кочегарке. Студенты и тот препод уехали. Меня никто не хватился. Это довольно… тяжело, когда тебя предают. Я ушел с этой женщиной в тайгу. Долго не мог вернуться, не находил в себе сил.

— А потом?

— А потом стал жить, работать. Нашел их и не выпускал из виду. Они друг друга стоили. Я неплохо учился в вузе. Мне предрекали научную карьеру, но не сложилось. А эти… смогли. Все в дело. Не постеснялись черновик моей дипломной работы использовать. Опубликовали под своими именами. Проверьте…

— А почему Харза?

— И это узнала… Способная… Охотница так меня назвала, я в тайге изучал харзу, самый крупный вид куницы. Занятные зверьки.

— Что вы почувствовали, когда поняли, что убитый не сын Михаила Лихоманова?

— Ну и что? Так ему еще больнее. Его обманула жена… Прости, но мне пора. На все твои вопросы я ответил. – Профессор встал.

— А кролики? – Ася вдруг заметила, что ряды ушастиков в клетке поредели. – Почему их стало так мало?

— Смешная ты, Ася. Кроликов очень любит Лола. Кстати… – Харитонов что-то вспомнил. – Я хотел познакомить тебя с еще одной милашкой.