Книга Генетика любви, страница 141 – Селина Катрин

— Но вы не обязаны с ним идти! Вы же это понимаете?! – в третий раз спросила она, явно навоображав себе что-то плохое.

— Понимаю. – Я улыбнулась. – Но ничего страшного, если Себастьян меня подвезет. Вообще-то мы соседи.

— Соседи?! – обескураженно пробормотала эльтонийка, но Касс взял меня за руку и, не прощаясь с хостес, повел к «Ястребу».

Орианн Ор’тэйл.

Около двух месяцев спустя

Я крутила в руках полоску с девятью кружочками и тупо пялилась на два розовых из них. Как это могло произойти?.. Нет, технически я, конечно, понимала как, но… все же в первый момент, когда я поняла, что утренняя тошнота имеет причины, хотелось рвать и метать. Правда, о том, что я беременна, к стыду, первой догадалась не я, а мама.

После каникул Ланс и Лотт вернулись на Юнисию, и все встало на круги своя. На самом деле они вернулись от отца даже на несколько дней раньше и долгое время ходили немного грустными. Когда я спросила в чем дело, Ланс повел плечом и, отведя взгляд, тихо сказал:

— Ты знаешь, мам, мы больше не хотим на Цварг летать.

— Да, а почему? – удивилась я.

Ланс замолчал, зато заговорил Лотт:

— Отец… ведет себя глупо. И пахнет от него странно. Неправильно как-то. Он пытался рассказать о тебе недостойные вещи. Мы не хотим быть на него похожими.

Себастьян вновь держался от меня на расстоянии, всем своим видом показывая, что ночь в «Храме Фортуны» была исключительной. Наутро он ушел в душ и оставил на прикроватном столике договор на отказ от притязательств и кольцо с черным муассанитом, молча давая мне выбрать. Две вещи с абсолютно противоположными смыслами. Разумеется, я выбрала договор. Вернувшийся из душа Себастьян никак не прокомментировал мое решение, просто убрал кольцо в карман и до самой Юнисии больше не говорил ничего личного.

Между нами установилось перемирие, но какое-то вязкое. Касс будто ждал, что я наконец соглашусь на его условия. Он время от времени заходил к нам, приносил что-то вкусное к ужину, учил близнецов пользоваться резонаторами, играл в настольные игры и… уходил. Он словно показывал – вот так может выглядеть наша семейная жизнь, если ты скажешь «да». И каюсь, один раз я даже хотела его остановить и попросить остаться на ночь… Я бы даже кольцо муассанитовое надела, но в последний момент язык словно присох к нёбу.

Я не могла сказать «да», просто не могла! Это было выше моих сил! Я могла пообещать все что угодно, только не официальное замужество и пожизненную зависимость от мужчины. Передо мной тут же вставал брак с Морисом… А ведь поначалу он был счастливым, но каким-то образом превратился в кандалы.

Видя мое состояние, дети начали задавать вопросы, что существенно все осложнило. Наконец я приняла решение попросить Кассов-старших приглядеть за близнецами, так как у них уже началась учеба, написала заявление на отпуск и рванула на Эльтон к маме. Эту женщину я не видела более десяти лет. Она с самого начала была против моего брака с Морисом, а потом, когда ей отказали в визе на Цварг, общение сошло на нет как-то само собой. И вот спустя десять лет ни с того ни с сего я вернулась на родину, просто чтобы привести мысли в порядок.

Мама отреагировала в своем духе – будто мы виделись только вчера.

— А-а-а, Орианн, вырвалась наконец?