Книга Майор под шубой, или Тайна «Волшебного ларца», страница 36 – Надежда Цыбанова

— Эм, – стушевался бравый майор. – Спасибо, на работе хватает. И потерпевшие, и задержанные любят это дело. А ты, смотрю, прекрасно в краеведение разбираешься.

Я притворилась, будто смену темы не заметила.

— Наставник у меня был хороший. Матвей Германович Ревин. Он в нашем музее за реставрацию отвечает. Практику под его началом проходила. Кстати, он и моего отца знал. Но так… шапочно. Он нам и поможет с одной из загадок.

— Это которой? – заинтересовался майор. – Там в записях сплошь одни шифровки какие-то были. Добрые предки не захотели упрощать жизнь потомкам и внятных ЦУ вообще не оставили.

— «Где-то под мостовыми, там, куда не заглядывают уличные фонари, прячется уголок, в котором время течет иначе. Часы здесь замедляют ход, а эхо повторяет слова с легким запозданием. Если остаться надолго, начинаешь слышать шепот не слов, а самих камней. Это место питает тех, кто умеет чтить тишину. И оно может дать совет». Если есть шанс попросить подсказку, почему бы не воспользоваться? Тем более даже из города выезжать не нужно будет.

— Серьезно? – майор бросил на меня быстрый взгляд. – Это еще значит, нам повезло?

— Ну как сказать? – я пожала плечами. – Если ты всегда хотел спуститься под город, то да, повезло.

— Я в говно не полезу, – недовольно наморщил нос Эйнар.

— Ну, зачем же так грубо, – моя усмешка вышла уж больно довольной. – Есть легенда, что под Тверью существует сеть старинных подвалов, переходов и даже подземных храмов, оставшихся от допожарной застройки. Местные краеведы и диггеры время от времени находят фрагменты сводов, кирпичных кладок, а кое-где и следы старых колодцев. Вот Матвей Германович и занимался изучением этих ходов, ведь в каждой легенде есть существенная доля фактов и правды.

— О! – оживился Эйнар. – Я знаю легенду о ходе от памятника Ленина в центре к зданию банка. Типа под вождем мирового пролетариата было спрятано денежное хранилище. Мы как-то одного искателя сокровищ ловили при попытке взорвать памятник. Психиатр признал его невменяемым. Конечно, Ленина любить можно, но обнимать его за ноги так, что трое моих товарищей с трудом оторвали от памятника человека с пакетом взрывчатки, нельзя.

— Бахнуло бы знатно. Памятник-то из гранитного массива, – я прикрыла глаза, представляя огромную дыру. – И ничего бы он там не нашел. Это действительно легенда. Нет ни одного документального подтверждения такой постройки. Да и технологий в те времена просто не было.

— Ну, энтузиазм, помноженный на желание нажиться при отсутствии здравого смысла, сделал свое дело, – снисходительный тон майора отчетливо передавал его отношение к легенде. – Ты нам предлагаешь чем-то подобным заняться?

— Взрывать памятник? – мои брови полезли на лоб. – Нет, спасибо. Это против моего… мировоззрения.

— Все равно в говно не полезу, – упрямо поджал губы майор.

— Ты про технический туннель под Волгой? – очень удобные подголовники в машине Эйнара, спать так и тянет. – Не переживай. Есть и другие ходы. Пока говорить об этом рано. Сначала надо встретиться с Матвеем Георгиевичем. Он, так-то, вполне адекватный для реставратора. По крайней мере, когда я зашла в мастерскую, он не пытался отреставрировать мой кофе, «потому что композиция не завершена». Не требовал, чтобы я дышала через раз, пока он кисточкой проводил, и даже разрешал трогать экспонаты, если они уже в запасниках и подписаны «недорого». Не носит бархатный жилет, не шепчет «шедевр!» при виде скола на горшке. Не пытался научить меня различать оттенки патины по запаху. Не ворчал, что «в мое время студенты знали, где у стамески ручка». И даже разрешал мне иногда держать фен на низкой температуре. Доверие! И зря ты усмехаешься. Это реальные истории моих коллег, которыми мы недавно на конференции обменивались. – Бросив взгляд на часы, подсвеченные красным на приборной панели, я недовольно поморщилась. – Только сегодня уже вряд ли застанем его на рабочем месте.