Книга Жрицы резонанса, страница 83 – Анастасия Романчик

— То есть всем так угрожают, как угрожали моей сестре⁈

— Да, чтобы даже сильнейшие из нас не думали о полном резонансе с туретом. Тебя получили на четвертом уровне, и ты ошибка, особенно для такой большой силы. На тебя даже ставки не делали. И мы не можем предусмотреть такие вещи, пока уровень резонанса недостаточно высок. Тебя не готовили так, как сестру. Ей объясняли, ей рассказывали реальное положение вещей и что интересы клана выше её желаний. И если ты подключишь девятый, как того хочешь, случиться катастрофа. Мы можем списать на твою тупость и юность, но масштаб будет такой, что хорошо, если туреты не сотрут всех нас в порошок. И первый кто тебя порвет, будет сам Ит за то, что ты лишила его возможности распробовать Клею и самому в ней разочароваться. Его растили в ненависти к тебе за метку на лбу. Клея для него свобода, которой он был лишен с рождения. Её специально ему подсунули, видя, что ему на всё наср…ть и все чего он хотел, так это выйти на свободу.

— Зачем вы тогда рассказали моей матери о том, что у него раскрыт девятый канал⁈ — закричала Вита.

— Потому что наш клан не хотел, чтобы ты от него отказалась.

— Хотели, чтобы боролась за него? Да? — горько усмехнулась Вита.

— Прости, но влюбляются не только мужчины в нас, но и мы в них. И ты уже на крючке. У Ита серьезный уровень резонанса и силы. Способности, перспективы. Его хотят заполучить и туреты и мы.

— А я всего лишь наивная глупая бабочка и пешка в битве двух влиятельных кланов.

— Как и я, как и та наигранно хохочущая дура, что выходит замуж за Витора. Деньги ей его нужны? Нет, Витор ей нужен. Пыталась цинично к нему относиться, пыталась отнекиваться, не сумела. Чем больше узнавала, тем больше затягивало. Мы — риетки, мы не такие как другие женщины. Зэта, подойди.

Из теней вышла белокурая женщина без метки на лбу и встала рядом с ними. Очень бледная, очень худая с отпечатком глубокой печали на лице.

— Познакомься, настоящая мать Рэта, бывшая риетка, которая прошла перерождение и умерла для клана, — представила Фета.

Вита замерла и даже плакать перестала. Перерождение еще хуже красной метки. Красную метку можно отменить, если риетка того пожелает. Перерождение отменить нельзя.

— Ты её знаешь, видела неоднократно, — напирала Фета. — Нравится, как она выглядит? Нравится, что она похожа на тень? Без магии, без нашего могущества вот во что мы превращаемся. Её чувства и гордость взяли вверх над долгом перед кланом, и клан пошел ей на встречу. Пойдет и тебе, если потребуется. Мы — риеты и мы все семья. Надо? Заступимся даже перед туретами, не дрогнем, несмотря на всё их влияние и могущество. У нас есть разные инструменты. Даже такого, как отец Рэта мы опустили. Ему потребовалось немало времени, чтобы снова подняться с колен. И если потребуется, опустим и его сына через тебя. Только дай клану то, что от тебя просят. И можешь уйти, не терпеть.

Вита переводила растерянный взгляд с Феты на молчаливую Зэту, всё отчетливее понимая, что не хотела пойти против своего клана. Но сначала хотела узнать причину.

— Почему она это сделала? — спросила Вита. — Я не знаю ни одной риетки, которая проходила перерождение.

— Хот отказался от Рэта, не признал сыном. Хотел поступить, как поступают у зуретов, создать прецедент. Зэта это пресекла. Сказала в лицо туретам, что её силу получит сын, но не отец-предатель, а метки прекратят появляться на их сыновьях, пока Хот не признает мальчика.