Книга Самая с(т)ильная няня, страница 27 – Нинель Мягкова

— Я-то что сделал? Лежал себе бревном, — проворчал вечно недовольный собой и окружающим миром подросток.

— Ты убедил похитителей не трогать меня, — криво усмехнулась, представив, что со мной сделали бы в обратном случае. Хорошо, если б сразу убили. — За это тебе моя искренняя благодарность.

— Да не за что, — пробубнил Кейн, и уши его предательски заалели.

— Ты молодец. Я тобой горжусь! — заявил мистер Эрскин. И добавил, обводя взглядом троицу, будто не замечая суетящихся вокруг помощников и целителей: — Всеми вами горжусь. Вы достойные дети своих родителей.

Кайли всхлипнула и спрятала лицо у меня в подмышке.

Кевин с достоинством кивнул и перестал уворачиваться от инструментов-артефактов, которыми медики пытались измерить уровень наконец пробудившегося дара.

Кейн тяжело дышал, приходя в себя после блокировки, но вид у него был смущенный и довольный.

Мне бы порадоваться, что семейство наконец-то начинает сближаться, но сердце отчего-то сдавило непонятным щемящим чувством.

Я что, завидую?

В принципе, очень может быть. Мне-то никто никогда не говорил, что гордится мной. Все, что я делала, воспринималось как само собой разумеющееся. Помогать маме по дому — так девочка должна. Сидеть с младшими — ты же старшая, ты обязана о них заботиться. Учиться изо всех сил — еще бы не училась! Выигрывать соревнования — обязательно, иначе позор, зря, что ли, тренировалась…

И так всегда.

Отогнав неприятные ассоциации, я ближе притянула к себе Кайли, нашептывая утешающую ерунду.

Все наконец-то закончилось.

Конечно, я глубоко заблуждалась. Наши мытарства на этом не закончились.

Для начала нам пришлось всем выдержать осмотр целителей. Не только физический, но и ментальный. Глубоко они не лезли, поверхностно считывали эмоции, но мне и так хватило. Ощущение было, что в моем грязном белье порылись посторонние мужики.

Ну, почти так оно и было на самом деле.

Далее нас погрузили в кэб — другой, служебный, полностью черный и запряженный вороными конями. Выглядело довольно пафосно, ну да никто меня не спрашивал. И отвезли в особняк, велев строго-настрого никуда из него не высовываться.

Вот уж чего мы делать точно не собирались!

Открытые пространства вызывали сейчас у нас четверых чувство острой незащищенности. Когда я предложила собраться всем в гостиной, после того как помоемся и приведем себя в порядок, и посидеть дружно в обнимку, возражать никто не стал. Даже суровый нелюдимый подросток.

Детей умыли и переодели слуги, я же быстро ополоснулась и натянула неизвестно откуда взявшееся домашнее платье. Подозреваю, кто-то из служанок пожертвовал ненужное, но оно было уютное, мягкое и удобное, так что я не в претензии.

Пока ребятня собиралась, я на скорую руку организовала импровизированный пикник. Пирожные, шоколад, тортик, куча пирожков и булочек — все это было безжалостно с кухни экспроприировано и разложено на низком кофейном столике.

У нас стресс! Его надо заесть!

Тем более, как сказали целители, у Кевина небольшое магическое истощение. Инициации толком не произошло, потому дар высвободился не полностью, а напрягся он, вызывая дядю, от души. В результате чуть не перегорел.

Будем восстанавливаться.

Уселись мы не на диване, а на пушистом ковре. Там было достаточно мягко, Кейн еще и недолго думая подушки с кресел стащил. Дети ели, смеялись, измазались по уши кремом и, кажется, полностью расслабились. И по спальням к ночь разбрелись без возражений.