Книга В ловушке времени, страница 182 – Инга Вейн

Вся моя семья… мертва. Я осталась совсем одна. Только отвыкла от одиночества и… снова всех потеряла. Мне не к кому было обратиться. Некого было позвать. Никто больше не спасёт нас от этого кошмара, потому что все, кто мог, уже давно сгорели в нём.

Я сжала медальон так сильно, что края впились в ладонь.

Нет. Не все.

В памяти вспыхнул тихий голос леди Рэйвенскрофт: «Айрис. Моё имя знают единицы. Назови его, когда я тебе понадоблюсь, и я приду». Я судорожно вдохнула. Это было безумие. Прошёл тридцать один год. Может, она тоже давно уже мертва, может, забыла о нашем разговоре, но это мой последний шанс.

— Айрис! – крикнула я, и голос сорвался, утонув в тишине. – Айрис!

Снова ничего. Я стиснула зубы, проглатывая подступающие к горлу слёзы. Ладно… Ничего. Справлюсь сама. Скорее всего, Моргрис меня убьёт, но я должна хотя бы попытаться.

Воздух рядом со мной вдруг завибрировал. Из темноты вынырнула рука, и я не успела даже пикнуть, как меня затянуло во тьму, разорвало на части и собрало обратно за один удар сердца. Желудок болезненно скрутило, ноги подкосились, и я едва не рухнула на пол, если бы чужие пальцы не удержали меня за локоть.

— Поздновато ты вспомнила, – сухо бросил знакомый голос.

— Тише, – послышалось ближе. – Дыши.

Я закашлялась и подняла голову, быстро оглядываясь по сторонам. Мы стояли в коридоре замка. Точнее, в том, что когда-то было коридором. Каменные стены почернели от копоти. Витражи выбило, и сквозь зияющие провалы внутрь врывался холодный ветер, гоняя по полу пепел и осколки цветного стекла. Часть потолка обвалилась, открывая серое небо. По стене тянулась глубокая трещина, будто замок пытались расколоть пополам.

Я смотрела на всё это и не могла поверить. Пару часов назад… Нет, не пару часов. Тридцать один год назад. Или несколько минут назад. Или целая жизнь назад…

Боги, я больше не понимала. В моей голове всё смешалось. Коридор, по которому я проходила сегодня утром, был целым и чистым. По нему торопливо ходили слуги, переговаривались маги. Где-то пахло свежими чернилами и травяным чаем, а теперь только гарью, кровью и смертью. Прошлое и настоящее наложились друг на друга так плотно, что меня снова замутило. Я видела сразу два замка. Один – живой, величественный и полный лжи, а другой – мёртвый, раскуроченный, зато полный правды.

— Элейна, – тихо произнёс кто-то.

Я резко обернулась. У стены стояла леди Вэлкорн. Я узнала её не сразу. Не из-за возраста, хотя годы не прошли мимо. Её лицо стало жёстче, губы тоньше, когда-то огненно-рыжие волосы словно выцвели, а через один глаз тянулся уродливый бледный шрам. Этот глаз был мутным, почти белым. Второй смотрел на меня так пристально, будто она пыталась убедиться, что перед ней не призрак. На ней был потрёпанный кожаный доспех, весь в царапинах и бурых пятнах, а на поясе висели два коротких меча.

Рядом с ней стояла Айрис. Пепельные волосы были коротко, неровно обрезаны, словно она сделала это сама дрожащей рукой, открывая шрам на затылке. На шее по-прежнему висело массивное ожерелье из сапфиров, но сама она выглядела уставшей, постаревшей и почти сломленной.

А потом я увидела его.

Дариан. Я уставилась на него, забыв, как дышать. Он сильно схуднул. Скулы заострились, под глазами залегли глубокие тени, а на подбородке тянулся тонкий шрам. Волосы были длиннее, чем я помнила, небрежно стянуты у затылка. Он выглядел старше. Намного старше. И в его глазах больше не было ни огня, ни веселья. Только бесконечная, всепоглощающая усталость человека, который слишком долго сражался и слишком много потерял. Но он был жив.