Книга Волшебница по распределению, страница 49 – Валентина Савенко

О, моя блузка! Одна из тех, что я носила дома. Видимо, Рэйнар с вещами уже прилетел, а Мирелла не утерпела и уже начала их разчбирать. Вот неугомонная!

Я плюхнулась на ковер поближе к огню и, уткнувшись в альбом, продолжила рисовать феникса.

Огненные перья птицы переливались всеми оттенками алого, искрились, словно настоящие. Казалось, еще пара штрихов, и феникс слетит со страницы, запорхнет в камин, чтобы стать частью пламени.

Живое пламя, существо из огненной стихии, даже на бумаге он завораживал.

На движение сбоку не обратила никакого внимания, поэтому мужская рука, нагло забравшая альбом, стала полной неожиданностью.

Возмущенно подняв глаза, я уставилась на Дамиана. Его волосы были мокрыми и потому казались очень темными. Черные брюки свободно висели на бедрах, черная рубашка распахнулась, потому что пуговицы кто-то проигнорировал. И я имела возможность изучить его загорелую грудь.

Такое чувство, что он только вышел из ванной. Причем из моей! Потому что полотенце на его плече тоже имелось.

— Феникс как живой. – Дамиан вернул альбом.

Перекинул мою блузку на спинку кресла с тортом и вольготно устроился на освободившемся сиденье, бросив на подлокотник полотенце.

Прижав к груди альбом, я поднялась на ноги.

— Что ты делаешь?

— Сижу.

— А почему тут?

Как бы ему хорошо ни сиделось, это моя комната.

— А где еще? Обычно я отдыхаю в своей спальне. – Дамиан расслабленно откинулся на спинку кресла.

— В своей?

Я в недоумении огляделась, замечая то, на что не обратила внимания, потому что думала только о фениксе.

Оба окна были целыми, и за ними виднелся угол башни. Кроме платяного стояли два книжных шкафа и стол, заваленный фолиантами, за ним – еще одно кресло.

— А она? – Я показала на свою блузку. – Что она тут делает?

— Гидра приволокла. Возможно, посчитала, что мне подойдут кружева. – Дамиан прищурился и добавил: – И ты, судя по всему, тоже должна была подойти мне, как и блузка.

— Я?

— Ты. – Он едва заметно усмехнулся.

Ну да, вряд ли сестра, возвращаясь домой, появляется в его спальне. Значит, только я сошла с пути, как гидра тут же отправила меня дальше.

— А это что? – Дамиан показал на торт.

— Подарок.

— Мне?

— Гидре.

— Оставь тут. Гидру отравить сложно, но при большом желании вполне реально.

Просто отлично. Тащить торт к себе не было никакого настроения.

Дамиан рывком поднялся с кресла, подошел к столу.

Мне бы извиниться и исчезнуть, но я почему-то медлила.

— Бери блузку и уходи, – неожиданно скомандовал Дамиан.

Его голос звучал зло и тихо.

Я ошеломленно моргнула.

— Быстро, – ледяным тоном поторопил он.

Обложка книги в его руке едва слышно пискнула: края были обиты железом и не выдержали яростного сжатия.

Мне тоже захотелось пискнуть. Схватив блузку, я торопливо затолкала ее в сумку.

— Ари, уйди!

Еще один взбешенный взгляд темных глаз, в которых, кроме лилового хаоса, вспыхивающего искрами, ничего не было, заставил проявить чудеса скоростного выметания.

Что было просто: ноги сами вынесли меня за дверь.

Стоя посреди темного пыльного коридора, я сипло выдохнула, посмотрела на альбом с заложенным между страницами пером, который впопыхах даже не подумала сунуть в сумку.

Как я могла забыть, что он ловец?!

Очень просто.

Дамиан вел себя как обычный парень, вот я и перестала его опасаться. А теперь как в прорубь головой окунули. Полезно для здоровья, но обидно… Очень обидно. Настолько, что очень тянет вернуться и сказать, что я, конечно, вломилась в его спальню и принесла кривой торт, но это не повод грубить! И смотреть так, будто я сидела не на ковре, а на родовом артефакте, причем не просто сидела, а разбила его на мелкие осколки!