Книга Волшебница по привычке, страница 124 – Валентина Савенко

Тут мы с Рэйнаром могли приказывать спокойно:

— Защищать короля и его людей! Не калечить никого! – Мои слова совпали с мысленной репликой дракона.

Из зарослей бодрым шагом начали выходить скелеты зверей. Радостно пощелкивая челюстями, они присели (очевидно, это был книксен) и встали на защиту короля.

— Тебя король точно не забудет, – хмыкнул Винс.

Дамиана больше интересовали следы пути. Спустившись в рощу, он поставил меня на землю и присел над примятой травой, изучая что-то невидимое для меня.

— Я бы на его месте делал ноги, причем так, чтобы осталась парочка фальшивых тропок и меня точно до границы не поймали. – Винсент спрыгнул на траву, убрал крылья, просунул палец в рыбью сеть, оставшуюся от рубашки, и вздохнул.

Он прав: родитель сбежит. И мы его вряд ли поймаем. Постойте! Сумеречники могут находить себе подобных. А Невлин сумеречник, без сомнений. Хитрый, изворотливый, даже не лень печать ставить и снимать. Что там Юдеирн говорил про гребень леди Елии?

— Рэйнар, присмотри за Ари. – Дамиан поднялся с корточек, под ноги лег путь.

— А я?! – дружно спросили мы с Винсом.

Но золото пути уже исчезло вместе со своим создателем.

Невлин у Одилонов. И я не знаю, где это и как выглядит их дом. Но я сумеречница. И знаю, кого искать.

Стиснув пальцами кристалл, я провела по воздуху свободной рукой: наметился едва заметный силуэт мужчины. Он развалился в кресле, раскинув руки и странно запрокинув голову.

«Рэйнар! – мысленно позвала я, следя за фейерверком искр вокруг. – Я за отцом, там что-то странное».

«Где он?» – Темная тень промелькнула над головой.

Где? Перед глазами мелькали картинки. Улица, дом… Знакомый, надо же! Я не знала, что Елия живет рядом с Невлином.

«Три дома от дома Невлина, большой особняк».

«Понял. Если что, сразу уходи».

«Ага».

Силуэт отца исчез, под ноги легла золотистая дорожка пути. Винс вцепился в мою руку в последний момент. И мы выпали посреди аккуратной гостиной.

Мебель перевернута, у входа лежала Елия. Я упала на колени, нащупала бьющуюся жилку на шее.

— Жива, – прокашлял знакомый голос. – Юдеирн ее оглушил.

Чуть дальше в кресле сидел Невлин, рубашка на его груди потемнела. Но он был жив. Рядом с креслом плавали три серых облачка с глазами – марники. На полу валялся сломанный гребень.

Невлин заметил мой взгляд, усмехнулся бледными губами:

— Эмилиан сломал. Не дал поставить печать обратно. – Он слабо шевельнул рукой. – И героически убил сумеречника… Брайс уволок его…

Он снова закашлялся.

— Отпустите нечисть, – тихо сказала я, глядя на несчастные облачка с грустно моргающими глазами.

А на поляне у развалин цитадели таких, грустных, почти три десятка. А может, и больше.

— Хватит. – Я покачала головой, глядя на родителя. – Столько бед, чужих жизней, и все ради места поближе к королю? Вы же и так глава Совета магов, куда ближе-то?

— Какая теперь разница? – растянул губы в улыбке Невлин.

— Уже никакой. Отпустите нечисть. Или собираетесь стать личем? Или стригоем?

Верхняя губа Невлина дернулась, показав зубы. Усмешка вышла такой, что лич сбежал бы.

Я смотрела на отца.

— Вся в меня, – едва слышно пробормотал он.

— Не в вас, – отказалась от сомнительного счастья быть копией этого циника и интригана, – в маму. В настоящую маму. Ту, что меня вырастила.