Книга Магическая школа ядов, страница 54 – Валентина Савенко

Увидев стопку заявок, парни ошарашенно переглянулись. Но ничего не сказали. Книги и шишиги – страшно даже представить, сколько зверьков приставили к ним, – отправились ко мне в палатку.

А я отправилась в деканат.

— Пробирок нет! – едва я перешагнула порог, заявила секретарша.

— Почему?

— Лаборант стребовал с декана трех помощников, – госпожа Халита с осуждением покосилась на меня, – еще и ставку дополнительную выбил. Себе! Никакой экономии!

И никакого приработка. Я расстроенно вздохнула. Видно, мое финальное выступление с уничтожением ядов произвело на лаборанта более сильное впечатление, чем я предполагала.

— А что есть? – спросила я, уныло изучая дырочки на обрезанных сапогах.

Был все тот же газон. Судя по тому, что стричь его требовалось постоянно, рос он тут, точно джунгли Амазонки! На лечебно-целительском факультете опять не хватало добровольцев.

— Погодите!

Я не дала секретарше свернуть документ, обошла стол и ткнула пальцем в две последние строчки:

— Тут у вас еще кухня, помощник на раздаче. И объект для переноса на кафедру перемещений!

— На кухню требуется парень, – злорадно пояснила госпожа Халита. Любит она меня почему-то. – А на кафедру переносов просят стабильного мага. У них не всегда получается переместить куда надо, потом добровольцы злятся, выплески магии случаются.

— А куда не надо… это куда? – заинтересовалась я.

Экономист в душе уже подсчитывал повышенную оплату за риск.

— В ванную мэра, на погост, в кабинет нашего ректора, на чердак начальника городской стражи…

То есть за редким исключением добровольцы вылетали за пределы ВЫШКи. Не подходит.

— Газон? – радостно подсказала секретарша.

— Целители! – не согласилась я. – Напомните, сколько там платят?

Платили там столько же, сколько и на кафедре ядов. Естественно, я тут же решила выяснить количество свободных ставок. Госпожа Халита махнула на меня рукой и, прошептав: «Гномы не просто пробежались по твоему генеалогическому древу, Новакова, они на нем гнезда вьют», – разделила оплату между школой и мной. Мне досталась какая-то мелочь. Но по капле можно стакан воды набрать. А в моем случае – насобирать на туфли. Или на письма родителям.

* * *

Лечебно-целительский факультет я нашла быстро. Секретарша очень точно охарактеризовала его одним словом: «лечебница». Действительно, никакого помпезного интерьера – классическая больница со светлыми стенами, без портьер на окнах.

В кабинете, похожем на смотровую, меня встретил уже знакомый доктор. Предложил сесть на кушетку. Спросил о самочувствии. Узнав, что я доброволец, поинтересовался:

— Я могу показать студентам ваш позвоночник?

— Отдельно от меня?

— Нет, конечно! Вы же не умертвие, – замахал руками доктор. – Пойдемте.

Он отвел меня в кабинет побольше, где были парты и стол преподавателя. А еще ширма и две кушетки: одна за шторой, вторая рядом с местом преподавателя. И высокая табуретка, напоминающая насест.

Доктор усадил меня на кушетку за ширмой.

Поводил пальцами в воздухе рядом со спиной, из синих искр соткалась модель, точнее, не модель, а копия моего позвоночника. Свой снимок я за год научилась опознавать влет.

— Просто сидите. Когда я скажу, выйдете.

Доктор подцепил трехмерный магический «снимок» пальцем и шагнул из-за ширмы.

Вскоре кабинет заполнился студентами, и началась пара.