Онлайн книга «Сердце Вечности»
|
Ого! Дан удивленно приподнял брови. Запрещенная магия темных эльфов? Откуда? Ага, Лар сказал, отец Ниэля был из темных. — Он не мог сам его наложить? Случайно? – вспомнив о катастрофических способностях эльфа, спросил вулканец. Фарг отрицательно покачал головой. — Слишком сложное плетение. Скорее всего, его создавали двое. Они отлично знали, что делали. Двое. Все веселее и веселее. — Когда создано заклинание? – уточнил Дан. — Давно, очень давно… – неопределенно махнул рукой шаман. – Скорее всего, он был ребенком. Давно… Но, насколько Дан помнил из не слишком многословного рассказа дракона об эльфе, Ниэль сменил не одну и не две школы, маги должны были заметить темное заклинание. — Они могли подумать, что это отголосок его собственных извращенных формул. – Фарг очень верно понял направление мыслей вулканца. – Я тоже вначале так решил и с большим трудом разобрался что к чему. — Сможешь снять? — Нет… – Шаман сокрушенно вздохнул. – Формула сложная, многослойная, ее сильно запутали, частично порвали… возможно, неудачная попытка снять. Но теперь заклинание можно только разорвать, но, увы, у меня недостаточно для этого сил. Демонов дракон ни словом не обмолвился! Не мог же Лар, хранитель, Несущий Волю Фатума, не увидеть заклинания? Вывод напрашивался один – чешуйчатая морда специально всучила ему Ниэля. Еще и слово взял. Ни прогнать, ни бросить остроухого мага нельзя. Для чего это хранителю? Дан вспомнил Халлона и свою службу. Логики в действиях Лара пока не улавливал, но направление определил. Фарг тем временем вытащил из складок плаща кусок угля и начал рисовать руны прямо на ковре. Спустя пару минут Дан сидел в черном круге, разделенном на три части. Шаман снял плащ, достал из сундука в углу шатра кисточку, пузырек с охрой, небольшой бубен и трубку. — Думаешь, один из магов умер? – Дан с любопытством следил за Фаргом. Шаман быстрыми точными движениями рисовал руны на своих руках. — Не знаю. Но у нас есть живой свидетель, я могу попробовать провести его по лабиринтам памяти. Возможно, он вспомнит, кто и зачем его заколдовал. Снимай рубашку. — Зачем? — Давно голого вулканца не видел! Посмотреть хочу! – хмыкнул Фарг. – Будешь проводником. Иногда память может быть очень реальной. Нужно, чтобы кто-то следил со стороны, иначе мы с парнем можем там остаться. Дан стянул рубашку. Шаман нарисовал пару рун у него на груди, несколько на щеках и один на ладони. — Протянешь ко мне, если увидишь, что память становится для нас явью, – пояснил орк. * * * Фарг и Ниэль стояли на пороге большого дома. Невесомые, почти эльфийские башенки, стрельчатые окна, изящные колонны. Многочисленные фонари, отгоняющие мрачный сумрак дождливой ночи. Не бедный, должно быть, здесь живет кан. Глухой удар бубна… Шаман и эльф вошли темную парадную, медленно поднялись по лестнице, свернули к одной из дверей. В комнате горит ночник. Здесь явно живет маленький ребенок. Игрушки на полу и на полках, кроватка-кораблик с синим бельем в звездочках. Ниэль удивленно смотрит на толстого плюшевого слона. Тянется к нему, но Фарг не дает дотронуться до игрушки. Снова поет бубен… Шаман с эльфом покидают комнату, отправляются дальше по коридору, спускаются по лестнице и словно попадают в глубокую древность. |