Книга Лекарь для генерала драконов, страница 53 – Белль Фолден

— Учти, если та рыженькая подавальщица на смене, то она моя, - подал голос мой еще юный друг. Ого! А я и забыл, каким он был тогда, когда мы учились в академии. Столько лет уже прошло… мы оба уже давно не те подростки.

— Если только черненькая моя, - скривился в ехидной улыбке молодой я, выходя из ванной комнаты только в одном полотенце, свисающем на узких бедрах. Хм, и я довольно сильно изменился, хотя это и неудивительно, свои изменения, как ни странно, но я помню все до единой.

Я попытался повернуть голову, чтобы оглядеться, но как только я начинал разворачиваться (а это оказалось сделать очень сложно), то картинка вокруг превращалась в размытое месиво.

Повернув голову обратно, я сфокусировался на двух молодых людях (то есть на молодом мне с Дженсоном), и спустя время мир вокруг вновь стал четким и ясным. Так-так-так, очевидно, что я не настолько всесилен в своих воспоминаниях, как мне хотелось бы, и придется ждать следующего перехода, потому что это воспоминание явно не то, что я искал.

Парни (то есть я и Дженсон) собирались в этот вечер кутить всю ночь в одной замшелой таверне, с нами в тот вечер пошли еще несколько человек из нашей группы. Было довольно весело до одного момента вечера…

Любопытно, на самом деле я уже успел забыть об этом неприятном инциденте за столько десятилетий. Мой лучший друг, моя правая рука, человек, которому я доверял безоговорочно, в тот день предал меня.

Все начиналось как и обычно, как и в другие вечера, когда мы решали отдохнуть телом и душой. В таверне, в которую мы периодически захаживали с друзьями, работала одна миловидная подавальщица, и она мне нравилась. Даже я бы сказал, сильно нравилась. Своей естественностью, юностью, беззаботностью. С ней было легко, она не просила дорогих подарков или же соответствия ее статусу, ее вполне устраивала только моя компания. Ну по крайней мере, я думал тогда именно так. Но оказалось, что я сильно ошибался.

В самый разгар нашей студенческой попойки я отлучился на минут двадцать, кхм… по нужде, так сказать. Что-то в этот вечер я явно съел не то. Возможно, прошло и больше двадцати минут. Без понятия! И в итоге, когда я возвращался из уборной, то услышал до боли знакомый женский голос, а за ним следом послышался голос моего друга. Что было дальше, думаю, рассказывать нет смысла. Убедившись, что я не ошибся в своих предположениях, я тихо ушел. Устраивать скандала я не стал, девушка сама сделала свой выбор, а вот друг…

Я, конечно, со временем простил ему все обиды, да и больше таких ситуаций у нас с ним не повторялось. Но вот сейчас, стоя тут и наблюдая за происходящими сборами, я вдруг почувствовал давно забытый вкус горечи от предательства. С тех пор я начал покупать женщин, больше не веря в то, что я могу быть им настолько интересен сам по себе.

Но вот почему моя память выбрала именно это воспоминание, мне было не понятно.

Неожиданно раздался стук в дверь. Хм, не припомню, чтобы к нам кто-нибудь заходил в тот вечер, хотя вряд ли я тогда придал этому значение.

Дженсон, быстро застегнув на себе рубашку, открыл дверь. Я же (даже не удивлен!) и не шелохнулся, как стоял в одном полотенце еле державшимся на моих бедрах, так и продолжал стоять. Ну и бесстыдник я был, хотя чего был то? Так и остался.