Книга Эра скорпиона. Том 2, страница 62 – Тальяна Орлова, Егор Серебрянский

Кей даже не отреагировал — пошагал в темноту первым. Я с вымученной улыбкой успокоила:

— Отставить панику, никто тебя убивать не собирается. Руперт, ну ты уже с нами повязан тайными делишками — одной больше, одной меньше. Или ты думаешь, что тлен в моей крови намного серьезнее воровства у Гельта, ректора и самостоятельной очистки эфира? Наше министерство добротой не отличается, если ты еще не понял.

— Да понял я, понял, — скривился он. — А ты, маньячка, держись от меня подальше — еще не хватало и мне заразу подхватить.

Зарядил арбалет и отправил меня вперед. Ясно, не доверяет и опасается удара в спину. Про заражение тленом просто отговорился, ведь не зря же мы брошюру штудировали — к счастью, тленная магия от человека к человеку передается разве что по наследству. Про магов в связке вопрос пока остается открытым, но это не случай Руперта.

Пещеру мы выбрали ближайшую. Я колдовала небольшой огонь, надеясь, что он не выжжет весь воздух до того, как мы закончим, и раскладывала на полу нужные ингредиенты, а Руперт за ноги тащил спящих поближе, чтобы их не обглодали слепые монстры. По нашим предположениям, чудовища острее реагируют на звуки, чем на запахи, поэтому у мирно спящих большие шансы вообще не привлечь внимания хищников. Однако рисковать мы права не имели. Эту дилемму придется решить всем вместе, а пока я старалась сосредоточиться на текущей задаче.

Сначала Руперт приволок самого тяжелого Торока, затем Хосса И, когда он уже отправился за Лодушкой, я краем зрения отметила мелькнувшую за отблесками пламени тень. Руперт взвыл от боли, но я успела молниеносно расправить кнут и положилась на сознание артефакта.

Плеть обвила шею твари тугой петлей и рванула на пол. Ударенная башкой о камни шестинога извивалась в попытке вырваться. Руперт был жив, но ранен, и я поспешила добить монстра точным ударом ножа в череп. Осмотрелась в поисках других противников, но их больше не было — возможно, эта мелкая особь притаилась где-то в щербине тоннеля и ждала подходящего момента.

Я побежала за брошенной на полу Лодушкой и, волоча ее к огню, постаралась не выдать голосом волнения за здоровье напарника:

— Руку зацепила? Шея цела? Сосредоточься и запускай исцеление, еще держи флакон с зельем — не думала, что так быстро пригодится. Мы через четверть часа будем на поверхности, лекари легко справляются с такими ранами. А если потеряешь сознание — ничего страшного, дотащим до походной здравницы.

Отползший к стене Руперт перестал скулить и, баюкая израненную конечность, как-то странно уставился на меня. А после очень долгой паузы неожиданно растянулся в щербатой улыбке.

— Выходит, мне повезло с такой проверкой. Такой прекрасный шанс списать меня со счетов, не придерешься, но ты даже мысли не допустила. Странно это. Я бы на твоем месте сначала позволил шестиноге меня доесть, а уже потом суету наводил бы. И нет хотя бы одного свидетеля твоего секрета.

Я покачала головой, уже слыша в тоннеле звуки шагов возвращающихся парней. Руперт сейчас не разыграл удивление, он всерьез поражен и пытается склеить разнородные звенья логики. Поначалу он всех нас сильно раздражал своим скользким характером. Но если вдруг он стал таким как раз потому, что в его окружении все друг друга «списывали со счетов» при первой же возможности?