Книга Масамунэ и Мурамаса, страница 34 – Сергей Изуграфов

В этот момент в комнату тихо вошел один из экспертов Интерпола, протянул Манну распечатку на полтора листа мелким шрифтом с формулами и графиками и так же тихо вышел. Виктор схватил распечатку и жадно пробежал глазами написанное. Потом тряхнул головой и еще раз, уже медленно и вдумчиво прочел заключение экспертов.

— Интере-есно девки пляшут!.. – протянул он свою обычную присказку, передавая распечатку Смолеву. – Неожиданный поворот, ну-ка, прочти! До чего дошел прогресс, не перестаю удивляться!

Манн вскочил и возбужденно зашагал по кабинету из угла в угол.

Первая страница экспертного заключения была вся испещрена формулами и графиками. Как и Виктор, Алекс пропустил ее, лишь бегло взглянув, и сосредоточился на второй, где под заголовком «Заключение экспертизы», в частности, было написано следующее:

«Представленные на экспертизу осколки представляют собой частицы полимерного органического стекла, обладающего в нормальных условиях малой хрупкостью и высокой эластичностью, но способного резко изменять свои физико-механические свойства под действием малых количеств реагента.

Из сорока трех осколков контрольной группы на поверхности восемнадцати обнаружено покрытие из предположительно анизотропных нанокомпозитных пленок неизвестного состава.

Известны разнообразные полимерные нанокомпозитные материалы, в том числе армированные углеродными нанотрубками, используемыми в качестве дисперсной фазы композита, распределенной в массе сплошной полимерной матрицы с целью направленного изменения ее свойств.

Все восемнадцать образцов предположительно являются частью одной пластины, изменившей свои физико-механические свойства под влиянием извне. Триггером или катализатором процесса могут предположительно выступать, в частности, электро-магнитное поле необходимой частоты, ультразвук, химические реагенты и пр.

Подобные разработки с 2012 года активно ведутся в японском Национальном Институте Материаловедения (НИМ), г. Цукуба.»

— Саша, ты понял? – снова уселся на стул напротив и звучно хлопнул себя ладонями по коленям Виктор Манн. – Да это не стекло, это просто какая-то бомба замедленного действия! А мы еще тогда удивлялись, что в Артиллерийском музее стекло упало на экспонат. Музей здесь совершенно ни при чем! Эти гаврики тогда еще пытались все провернуть. Но, слава Богу, им не удалось. То есть, они монтировали специальные стекла с нанопокрытием в витрины тех экспонатов, которые им были нужны, включали источник электромагнитного поля нужной частоты, и через определенное время витрина просто взрывалась изнутри! Сама! Краса-авцы! Оставалось только устроить спектакль для особо впечатлительных и суеверных. Смотрителю не повезло, на пятнадцать минут раньше или позже – и был бы жив.

— Да, – помедлив, ответил Смолев, задумчиво потирая занывший висок. – Но если это так – вся картина меняется принципиально! Мы-то с тобой предполагали, что есть два, как минимум, преступника, действовавших на свой страх и риск по собственной инициативе с целью похищения клинков. А получается, что все было спланировано заранее? Ты представляешь, сколько могут стоить подобные разработки? И к ним еще надо получить доступ! За всем этим явно кто-то стоит. Кто-то очень влиятельный, с деньгами и связями. И судя по тому, что использовалась разработка ведущего японского научного центра, это тоже японец.