Книга Московский детектив, страница 88 – Татьяна Устинова, Татьяна Гармаш-Роффе, Марина Крамер, и др.

— Только произошло почему-то со мной, да? Из багажа пассажиров всего самолета некто выбрал именно наш… – И тут я осеклась и, освободившись от объятий Марго, нервно заходила по маленькому коридорчику туда-сюда. – Слушай, а ведь я поняла… Невозможно пронести наркотики на борт, будучи пассажиром, понимаешь? Досмотр ведь. Значит, этот кофр либо уже лежал в самолете, либо его положили в тот момент, когда объявили о неполадках… А тот, кому предназначался груз, перепутал кофры и при выходе взял Ванькин, а не свой. Багаж не подменили – его просто перепутали, понимаешь? Мы же не над своими креслами его положили, там уже что-то лежало, и Ванька перенес наши кофры на два ряда назад. Вот и все.

— А в его кофре есть что-то, где может быть его имя? – вдруг спросила Марго, и я, остановившись прямо перед ней, переспросила:

— В смысле?

— Ну не знаю – бирка какая-то, может, или что там еще?

— Халат… – все еще не понимая, о чем речь, сказала я. – Халат с надписью на спине, там имя, фамилия, название клуба и город. Да зачем тебе это?

— Ты не понимаешь, да? Тот, кто взял ваш кофр, тоже ведь его открыл, правильно? – возбужденно зашептала Марго, схватив меня за руку. – И наверняка удивился, обнаружив вместо пакетиков фрак и туфли, понимаешь? А на халате – все данные Ивана. Много надо ума, чтобы пробить телефонный номер, например, или подъехать завтра на турнир? Последнее, конечно, рискованно, но ведь и цена ошибки – будь здоров…

Я смотрела на подругу открыв рот – а ведь правда… Тот, кому нужно содержимое кофра, непременно постарается его вернуть. И проще всего сделать это на турнире – там, в толпе, вообще мало кто и что замечает.

— Ну что делать будем? – тихо спросила Марго.

— Не представляю.

— Надо как-то подстраховаться, Мэрик. Ничего еще не закончилось.

— Да. Сейчас дождемся, когда свалит этот Челентано, выждем пару минут и поговорим с капитаном сами.

Но все получилось иначе. Вместе с Челентано из пункта милиции вышел Иван, крепко взял меня и Марго за руки и молча потащил к выходу. Вслед нам донеслось:

— Косте мое почтение!

— Засунь его себе… – пробормотала я на ходу, не испытав даже чувства благодарности.

Оказавшись на улице, Ванька остановился, перевел дух и требовательно глянул на меня:

— Сигарету дай.

Я сперва от души врезала ему пощечину, Переверзев дернулся, но ничего не сказал, только сунул в рот сигарету и закурил, закрыв глаза:

— Хорошо-то как… Свобода…

— Свобода тебе?! – заорала я, сжав кулаки. – Да ты хоть понимаешь, что теперь все еще хуже?! Тебя сейчас по всей Москве ищут, чтобы вернуть то, что у ментов осталось! Понторез несчастный, зачем ты эту надпись на халате сделал?

— А при чем тут халат? – заморгал длинными ресницами Переверзев.

— А ты не понимаешь?

— Так, уважаемые, – вмешалась Марго. – Давайте перенесем ваши разборки в машину, пока нас всех снова в кутузку не забрали.

Мы добрались до парковки, сели в машину, и я, повернувшись к севшему на заднее сиденье Ивану, сказала:

— Для одаренных объясняю. В кофре лежит твой халат, на котором разве что твой портрет золотом не вышит. Но это и не нужно, тебя и по имеющимся там данным вычислят на раз. Теперь понятно? Возможно, завтра ты пожалеешь, что не оказался в СИЗО, там бы слегка безопаснее было.

Ванька побледнел, хотя изо всех сил старался не показывать, что здорово испугался. Но я бы ни за что его не осудила – в такой ситуации кто угодно сдрейфит. Надо как-то выпутываться, ничего не попишешь.