Книга Изменитель, страница 107 – Олег Шишкин

— С подвохом? То есть? – стал допытываться Толик.

— Он знал благодаря Изменителю, кто и как его отравит, и играл роль человека, мечтающего о Кубе. Никуда он ехать не хотел. Все его кумиры померкли, и он решил не тянуть комедию. Но теперь-то это уже неважно. Ты все скоро узнаешь и так… Если спасешься из квартиры. А ты из нее вроде бы должен спастись. Просто подумай как.

— А что творится там, куда я сейчас вернусь? Какие там события? – поинтересовался Толик.

— А никакие события там не происходят, это ошибка. Изменитель не соседняя комната – он остановка во времени. Пока ты здесь, время там стоит, и оно пойдет снова, когда ты будешь там. Ты все понял, котик? Центр циклона должен быть пустым – иначе циклон невозможен.

— Неужели так может быть?

— Не стремись постигнуть бесконечность – это задача не для антропоидов. Модель более чем идеальна.

— Но как мог получиться такой механизм, как Изменитель? Что же, все ему подвластно?

— Когда Создатели нашли лазейку во втором законе термодинамики, все процессы стали обратимы, и все у них получается.

— Но что получится у меня?

— Твоя судьба сейчас и вправду на грани: она может повернуться и так и эдак. А Изменитель здесь только весомая подсказка. Решаешь-то только ты. Как это у пророка Иова? Не помнишь… «А я знаю, Искупитель мой жив и восставит в последний день изо праха кожу мою…» Так что все пути постланы, а все жертвы принесены. И если ты в последний момент не начнешь метаться, как Изольда Павлова, то пройдешь не только в бутылочное горлышко, но и в игольное ушко.

Беседка за спиной Изольды Павловой покрылась цветными пятнами, словно на нее направили лучи светомузыки.

Над головой Толика возник шар со множеством зеркальных призм. Он вращался в лучах мощного прожектора, отбрасывая солнечные зайчики. Они создавали эффект падающего снега. А по стенам скользил сияющий трафарет «СССР».

— Изменись или погибни – других путей нет, – сказала Павлова и померкла.

4

Ошарашенный Толик обнаружил, что по-прежнему стоит посредине комнаты с золотой призмой в руках – рядом с телом хозяйки квартиры.

В этот момент из соседней комнаты послышались шаги и вошел Фитиль.

— Вы? – удивился Толик.

— Как странно, что мы очутились в этой квартире одновременно и в такой судьбоносный момент. Но ведь только теперь я увидел то, что искал.

Фитиль демонстративно указал пальцем на фетиш.

— И что же? Просто отберете его у меня и уйдете? После всего, что тут сделали? – возмутился Толик.

— А почему бы и нет? Ведь это сделал, видимо, ты, – заявил Фитиль.

— Я?

— А кто же? Ты. Антисоветчик, пьяный дебошир, распутник, изменник – это все привычные роли. К тому же на пистолете точно найдут отпечатки твоих пальцев. Я это знаю отлично. Пистолет-то принадлежал Балтасару. Сам он прийти сюда не мог – он заболел серьезно и вот-вот помрет. А его зять, то есть ты, пришел и убил старую женщину. Точнее, не так: Родион Раскольников решил убить даму виней! Гибрид классической школьной интриги!

— Но ведь это подло! – воскликнул Толик.

— Ну и что, что подло? Единственное слабое место в этом пасьянсе – это вопрос: как же мог этот вечный нытик, болтун, эта тряпка убить несчастную женщину? Ответ мой оказался на удивление коротким: мог, потому что у него нет ничего святого!