Книга Урфин. Захват, страница 103 – Владимир Машошин

Воздух вновь подёрнулся желеобразным туманом.

Ветка малины который раз царапнула шею, будто кто-то настойчиво требовал внимания, Булат обернулся и сразу увидел его.

Из грязной трухлявой доски ржавой шляпкой наружу торчал гвоздь.

Булат с силой выдернул его, затем вновь поглядел на след Белого. Яростная злоба подталкивала к самому простому действию. От этой злой ярости хотелось освободиться, она кипела, плескалась внутри, скребла душу когтями, искала выхода.

Не в силах больше сопротивляться, Булат рухнул на колени прямо во влажную землю, из его горла вырвался дикий крик, и ржавый гвоздь со всего маху пробил след ботинка. Как жёлтый студень туман вздрогнул и заколебался.

Яростное безумие длилось всего мгновение, тут же Булат почувствовал, как злоба чёрным потоком пошла в землю, и на душе стало легче, словно он сбросил лишний груз, мысли прояснились, чувства успокоились. Однако грудь всё ещё часто вздымалась, пальцы продолжали судорожно сжимать погнувшийся гвоздь, а глаза по-прежнему ничего не видели, кроме отпечатка ботинка...

…Булат не видел и не знал, как Белый, сидя в машине, вдруг схватился за сердце, как его лицо побелело, а губы посинели.

Михей пытался помочь, Кол бессмысленно кричал: «Что делать?», Молодой испуганно молчал, вжавшись в сиденье, а Щепа отчаянно гнал машину к больнице.

Раскидывая грязь, во всю мощь своего движка, по улицам мчался чёрный джип. Рискуя столкнуться, он проскакивал красные светофоры, другие машины визжали тормозами и сигналили.

Наконец джип, как взмыленный мустанг, ворвался в больничный городок и, взметая облако пыли, резко остановился, но было уже слишком поздно, босс белой бригады – умер…

Ничего этого не видел Булат, так же как не заметил, что позади него стоит Назар и печально качает головой. Ученик мага лишь чувствовал, как нечто липкое и скользкое, и до ужаса мерзкое облепило его душу. Единственное о чём думал Булат, это было желание избавиться от чувства нечистоты и мерзости, смыть с себя всю грязь.

* * *

Следующим утром, пропустив тренировку и завтрак, встревоженный угрозами Белого, Булат отправился домой.

Обсуждая с матерью вопрос отдыха, они решили, что сначала Ольга Александровна отдохнёт в санатории, а затем уже погостит у сестры.

«Конечно, от Белого её не спрятать, но зато в санатории она будет не одна, если что… – размышлял Булат».

Это «если что» ему не нравилось и лучше бы до него не доводить, но как говорится: «Надейся на лучшее, а готовься к худшему».

— И что ты тратишься? – сокрушалась Ольга Александровна. – Ехала бы сразу к Анке, давно зовёт.

— Ой, ма! Ну поедешь ты к ней, отдохнёшь в санатории немного и поедешь, тем более путёвка уже куплена, так что отдыхай, – настаивал Булат.

При желании путёвку, конечно, можно было вернуть, да и оплачена она ещё была не полностью, но Булат не хотел, чтобы мать сразу ехала к сестре, в санатории всё-таки надёжнее. Здесь бывшие подельники не посмеют действовать, слишком много свидетелей, да и охрана есть. Так спокойнее.

— Хоть какая она? Чёрненькая али беленькая? – в очередной раз допытывалась мать.

— Перестань, не начинай, – Булат смущался и всячески старался уклониться от щекотливой темы.

Обманывать родную мать нехорошо, но так будет лучше, для всех.

«Пусть думает, что у меня невеста, а там, может и правда появится, значит, это не совсем ложь… успокаивал сам себя Булат».