Книга Бывший лучший друг моего босса, страница 16 – Ния Экс

— Уже подумала, что хочешь на Рождество? — Алан поспешил за мной, мягко взяв мою ладонь, мы медленно зашагали по кварталу в сторону дома.

— Если честно, праздновать настроения нет. Мама в госпитале уже второй месяц, а отец… — я проглотила ком сожаления в горле, — отцу сейчас не до подарков с елками.

Сероглазый остановился, развернул меня к себе, обхватил за предплечья:

— Нью-Йорк — зимняя страна чудес. — Он легонько стукнул меня по носу, — Сама так говорила. Всё будет хорошо. Хочешь уедем куда-нибудь? Хочешь только вдвоём?

— Ты уже обещал друзьям отпраздновать вместе и за домик заплатил. Не стоит менять планы ради меня. — Я грею дыханием покрасневшие от холода ладони, растираю, и снова дышу над ними, а Алан как-то странно смотрит на меня.

— Ради тебя я готов от всего отказаться. Только ты и я — вот, что мне важно! — он сильнее сжимает меня в объятиях, взгляд и голос его полны серьезности. Хочется верить, что «мы» — это навсегда, что ничто нас не разлучит, и я верю. Целую его, сначала мягко, затем более страстно. Его влажный язык проникает в мой рот, после Алан облизывает мои губы, щеки, лоб, и…

Я открываю глаза, чувствуя странную влагу на своем лице, и моё сердце делает кульбит — меня облизывает огромная пепельная рысь!

Крупная кошка с развитой мускулатурой всё это время, что я успела задремать на мягком диване в гостиной Ричардсона урчала мне в ухо, попутно умываясь мощными мохнатыми лапами. Квадратная мордочка с интересом изучала мои вытаращенные в ужасе глаза, принюхалась к декольте, видимо, оценила хозяйский аромат геля для душа, и не восприняла, как чужака. Сердце бешено стучало в ритм кошачьему мурчанию. Рысь забавно пошевелила кисточками на ушах, когда услышала скрип открывающейся двери домашнего кабинета, а я, наконец, выдохнула. Этих двоих не было где-то около часа, судя по стильным мраморным часам размером во всю стену, отлитых эпоксидной смолой. Первым вышел мой бывший возлюбленный, понурый и помятый. С нахмуренными бровями я снова вспоминаю его с институтской скамьи, то как он в недоумении щурился на парах, ничего не понимая в арифметических расчетах несущих конструкций зданий и сооружений. Джейк, в свою очередь, был воодушевлен.

— Что, понравилась тебе кошечка? — спрашивает Джейк присев на корточки перед «домашним» животным. Кошечка, действительно, была внушительных размеров.

— Пятнышко, эта женщина тебя не обижала? — потрепал шёрстку рыси Хьюберт, и выглядел таким милым, что я почти не обратила внимание тому, как он меня назвал. «Эта женщина».

— Пятнышко? — с легкой головной болью после дремоты, встаю с дивана. Джейк кивает, объясняя, что пятнистая палево-дымчатая рысь — не просто подарок бабушкиного брата, занимающегося разведением породы в Западной Сибири, но и его верная подруга вот уже десять лет.

Киваю, подбирая под себя колени. Пятнышко сжирает меня зеленовато-оранжевыми глазами, а меня невозможно пробирает от одной только мысли ещё раз остаться с этим зверем наедине.

— Нам нужно уехать кое-куда на пару часов. Справитесь без нас? — Джейк накидывает стильно потертую кожанку на изумрудную водолазку, освежается дорогим парфюмом из брендовой линейки модного дома Версаче.

Делает ровно три пшика: два за ушами и один на сильно выделяющийся кадык. Алан терпеливо ждёт того, сложив руки на груди своего стильного серого пальто. Выглядели они, честно сказать, блестяще. Отвязный, улыбчивый, беззаботный Ричардсон и его противоположность — серьезная ледяная глыба безразличия и холода в лице Хьюберта. Огонь и вода.