Книга Бывшие. Из Сибири с любовью, страница 35 – Лия Малинина

— Тебя срочно нужно согреть, чтобы ты не заболела, — он поднял на меня взгляд и в его глазах горел тот самый огонь, который я видела в горящей печи — дикий, неконтролируемый, пожирающий.

Я чувствовала, как сдаюсь ему, его напору и нашей, совершенно неконтролируемой потребности друг в друге.

— Целовал управляющую? Серьезно? — проворчал он, сгребая меня в охапку и усаживая на край деревянного стола. — С этой выдрой мы разберемся еще, она сама кинулась мне на шею, спектакль для тебя устроила. И вообще, с ней полиция разбираться будет. А точка… точки ставят в документах. Между нами будет только многоточие.

Его губы снова нашли мои, но теперь в них была не только жадность, а какая-то отчаянная нежность, от которой перехватило дыхание. Все обиды, весь страх и лед начали таять под этим напором, превращаясь в беспомощную дрожь и ответное томление. Мои руки, наконец ожив, сами собой вцепились в его волосы, притягивая ближе.

Арсений вновь подхватил меня на руки и сделав пару шагов бережно опустил на кровать. Его пальцы впились в мои бедра, а губы прижались к обнаженному месту на шее, где стучал пульс.

— Я чуть не сошел с ума, — бормотал он, пока мы лихорадочно стягивали друг с друга остатки одежды.

Его голос был приглушенным, слова врезались в кожу вместе с поцелуями.

— Когда понял, что ты там… что ты можешь… — он не договорил, но его действия стали говорить вместо него — властно, требовательно, сметая последние преграды. Комната кружилась в отсветах пламени, и уже было неважно, где мы и что будет завтра.

— Ненавижу тебя, Градский! Слышишь? — шептала я, обхватывая ногами его крепкий торс и притягивая к себе.

— Слышу, Ната, слышу, — он рывком соединил наши тела, — я все исправлю, обещаю!

Но я уже не понимала, о чем он говорит. Все мои ощущения были сосредоточены там, где мы наконец-то слились в единое целое, спустя пять мучительно долгих лет.

Ната

Меня разбудил яркий луч утреннего солнца, который пробрался сквозь незашторенное окно и бесцеремонно светил в мое лицо. Я пошевелилась и тут же сильная рука Градского притянула меня к своему боку.

— Доброе утро, — пророкотал он, зарывшись носом в мои волосы.

— Доброе, — прошептала я, повернулась на бок и уперлась носом в его грудь.

Обвила рукой его торс и закинула ногу на бедро. Рука Градского тут же бесцеремонно прошлась по моей ноге, вплотную прижимая меня к себе, а губы начали путешествие по моей шее, спускаясь к ключицам и груди.

— Я как голодный волк, никогда не смогу тобой насытиться, — шептал Арсений, покрывая мое тело поцелуями.

В самый неподходящий момент на его слова громким урчанием отозвался мой желудок.

— Ой, — хохотнула я и прижала руку к животу.

— Черт, ты же есть хочешь! — подскочил Градский. — Ты же сутки не ела!

— Ты, вообще-то, тоже, — с улыбкой проговорила я, и приподнявшись на кровати, оперлась на локти.

Арсений, абсолютно не стесняясь своей наготы, обследовал шкафчики в кухонной зоне домика и доставал оттуда какие-то консервы и пакетики.

— Та-а-ак, — почесывая затылок протянул он, — что мы имеем: перловая каша с говядиной, лапша быстрого приготовления, печенье, чай.

— Отлично! — я сползла с кровати, и завернувшись в большое одеяло, поковыляла к нему. — Я буду все.

Градский усадил меня на стул, а сам взялся за приготовление нашего нехитрого завтрака. Я любовалась его высокой спортивной фигурой, мышцами, которые перекатывались по его спине, когда он открывал жестяную банку с кашей. Арсений был все также невероятно притягателен и секуален.