Книга Что будет после расторжения помолвки? Книга 1, страница 93 – Мари Морикава

«Неужели она признала меня?» – Девушка терялась в догадках, что все это могло бы значить. Ее мысли окончательно спутались. Однако странности в поведении королевы на этом не закончились.

— Я пригласила вас сегодня, чтобы еще раз попросить прощения за то, что учинил Лидис. Как мать я хочу лично принести свои извинения. Арклейн, надеюсь, как старший, ты простишь его. Хоть вы и сводные, но все же он твой младший брат.

Извинения, принесенные королевой перед началом оперы, звучали слегка навязчиво. Взгляд Тортеллизы, устремленный на Арклейна, словно говорил, что она не приемлет варианта развития событий, кроме принятия. Король Сашез, сидевший рядом, лишь скривился, но вмешиваться не стал, продолжая молча наблюдать за происходившим, и его поведение красноречиво говорило о сложных взаимоотношениях между отцом и сыном.

— Не беспокойтесь, матушка, я давно простил его. Лидис мой единственный младший брат, пусть даже и сводный, – ответил Арклейн со своей привычной учтивой улыбкой, однако мана выдавала его истинные чувства.

— Я знала, что ты так скажешь. Ты ведь всегда был таким заботливым старшим братом, – радостно улыбнулась королева, но в ее голосе звучала едва уловимая насмешка.

Однако цвет маны Тортеллизы не только не посветлел, а, наоборот, стал еще темнее. Это окончательно сбило Эстель с толку. Казалось, королеве самой было неприятно разговаривать с ним в такой манере, ей словно бы не хотелось этого… Нет, такого не может быть. Девушка поспешно отогнала от себя эти мысли. Еще цвет маны королевы мог служить намеком на то, что она испытывает к Арклейну настолько сильную неприязнь, что даже смотреть на него не хочет.

Так или иначе, но несоответствие цвета маны Тортеллизы ее поведению тревожило Эстель. Насколько было бы проще, умей девушка читать мысли! От перенапряжения у нее разболелась голова. Эстель отвела взгляд от королевы и, прикрыв глаза, начала массировать виски.

Королевский оперный театр был местом для встреч высших слоев общества. В период антракта наступало время для светских бесед. Присоединившись к потоку зрителей, направляющихся в фойе, Эстель шла рядом с королевской четой и Арклейном. Появление первых вызвало волну шепота, привлекая к ним всеобщее внимание. Но из-за негласного правила, которое запрещало нижестоящим первыми заговаривать с королем и королевой, никто не осмеливался к ним подойти.

Вместе с Эстель Арклейн по очереди приветствовал аристократов, принадлежавших к своей фракции. Большинство из них было связано с теми женщинами, с которыми девушка виделась на чаепитии, организованном Сьеррой. Эстель вновь осознала, сколько усилий было приложено, чтобы помочь ей влиться во фракцию Арклейна. На то чаепитие не были приглашены ни Оливия, ни знатные особы из ее окружения – там не было никого враждебно настроенного по отношению к Эстель. Также большую роль сыграло то, что они, возвращаясь из путешествия домой, по удачному стечению обстоятельств спасли Риччию Барель, на чью карету обрушился оползень. Как и предполагал Арклейн, она оказалась членом семьи банкира барона Бельфиаса. Девушка считала, что по большей части спасение Риччии и Седи было заслугой Арклейна, но именно этот инцидент побудил дом Бельфиасов открыто выразить ей свою поддержку. Покровительство Бельфиасов и маркиза Рожеля постепенно укрепляло во фракции позицию Эстель в качестве будущей принцессы. Однако, узнавая различные слухи об Оливии Рейнсворт, девушка не могла искренне радоваться.