Книга Потомок царицы 3, страница 87 – Елена Галунец

— Пухляш сейчас представляет, как он тебя сегодня ночью отымеет, а потом задушит. Можно я расскажу ему, как он не прав? — прошептал он мне на ухо.

Я кивнула, понимая, что у меня нет времени играть в эти дворцовые игры, и совсем не ожидала, что Красноглазый мгновенно окажется подле бывшего царя и перережет ему глотку. Женщины закричали, началась паника и суета. Меня окружили архимаги, а Саргон убивал всех, кто плохо обо мне думал. Ровно пятнадцать минут, и в огромном тронном зале остались только мы и несколько десятков придворных, кто принял верное решение. От вида тел и брызг крови мне поплохело. Я со своим даром совершенно не переносила смерть. Облокотившись на Самала, я тут же была усажена на трон, и со стороны спины ко мне подошла Джикони. Она прикоснулась пальцами к вискам, и мне стало только хуже. Не знаю, для чего она это сделала, но я хотела поскорее отсюда уйти, поэтому, отстранившись, я взяла со стола ручку и поставила свою подпись на новом документе, разрешающем вести дела своему мужу. На другом подписала указ о собственной коронации через пять дней, и после этого отец Фурата зачитал вслух эти документы. Все ради приличия похлопали и выстроились в очередь, чтобы подойти ко мне и выказать своё почтение. А Агъян принялся за «уборку». Он подошёл к погибшим и принялся поднимать их, превращая в ходячих мертвецов. Я села в пол-оборота, чтобы не видеть этот ужас, но всё равно иногда поглядывала, как он выстроил их в ряд и повёл на выход.

Среди оставшихся придворных оказались родители Самала. Мне было интересно узнать, какое же выражение лица было у моей свекрови, когда она поняла, кого оскорбляла в академическом зоопарке, но это теперь останется только в моей фантазии. Так вот, теперь, выждав, когда им разрешили подойти, она склонилась, вроде бы показывая своё уважение новой царице, и, вместо того чтобы попросить прощения, повернулась к своему сыну и похвалила его за умный ход. Она искренне им гордилась, что он руками тёмного мага избавился от Гайсара и вообще умело захватил власть и так быстро стал царём. Самал на это ничего не ответил, и им пришлось освободить пьедестал, чтобы дать следующим подойти ко мне. Стоящая рядом со мной Джини прекрасно слышала, как мной пренебрегли, поэтому, мельком глянув на дроу, я сразу поняла только по одному её взгляду, что госпожа Балодис старость свою спокойно теперь не проживёт. После нескольких незапоминающихся лиц к нам подошёл мужчина, одетый в пятнистую форму разведчика.

— Насим Фенг, — представился он и низко склонил голову. — В моём подчинении на Китенской границе был ротмистр Баликского Управления Тэун Хаас. Я видел на его ладони печать, но тогда я не знал, что это. Прошу дать мне шанс доказать вам свою преданность, — проговорил он с небольшим акцентом, вытягивая свою руку.

— Вы были сосланы на пожизненное служение на границе. Кто вам позволил сюда прийти? — вдруг спросил господин Шарби.

Я старалась сидеть ровно и не выказывать свою нервозность от происходящего, но не удержалась и посмотрела на Самала. Тот только от напоминания о Тэуне нахмурил свои брови.

«Он действительно знаком с твоим огневиком. Бывшим твоим огневиком, — хихикнула Джикони в моих мыслях. — Они были в разведке перед тем, как Хаас попал в плен. Отправь Фенга обратно в Микай. Здесь он нам не нужен даже на границе», — поделилась своим мнением дроу, и я послушалась её, потому что она явно порылась у мужчины в голове.