Книга Потомок царицы 3, страница 96 – Елена Галунец

— Моего деда, — ответил Алек, удивив меня. — Он построил его для Гамиры. Хотел забрать её сюда, но она выбрала дроу.

— Не выбрала, а навязали, — со вздохом произнесла я и вынула из подпространства её дневник. — Смотри, как он выглядел, — показала я фотографии.

Алек, одетый в спортивные штаны, тут же подошёл и взял карточки. Мы разместились на диване, и я принялась рассказывать ему о том, что узнала от Илф'олга. Алек, в свою очередь, рассказал о поселении и его обитателях, затем о том, что они его приняли как родного, потому что старожилы сразу определили его родство с их прежним альфой. Мой оборотень обещал познакомить меня с его родственниками и сказал, что нашёл своих родителей. Я попросила привести их сюда, потому что хотелось узнать, что побудило их в тот момент оставить ребёнка. Алек пытался заступиться, но я, поворчав немного, пообещала сильно не ругаться. А потом успокоила его тем, что всё это было организовано Нереусом. Мы болтали весь день, затем почитали дневник моей прабабушки, и я поняла, как сильно скучала по моему волку. Пусть он уже сейчас возвышался надо мной горой, но манера общения ни капли не изменилась.

Последний летний месяц я провела как в сказке. Погода на юге была жаркой, но по вечерам я с особым блаженством сидела на террасе и пила чай. Иногда компанию мне составлял Алек, а в основном я беседовала с какой-нибудь зверушкой или птичкой. Повадился ко мне приходить горностай, и все мелкие грызуны в округе сразу же исчезли. Алек приносил мне продукты, а в начале осени ко мне пришли знакомиться все желающие.

С задней стороны дома подходила дорога к гаражу, в котором хранилась ненужная мебель и инструменты. Парни из общины быстро вынесли раскладные столы и стулья, и на поляне очень быстро организовали целый пир. Старожилов привезли на машине, и они, увидев мои узоры, склонили головы. Молодняк вообще не знал, кто я, поэтому, рассевшись за столом, самый старый оборотень начал рассказывать историю. Мне и самой было интересно узнать о Дарреле, которого безумно любила моя прабабушка. Женщины мне очень понравились: открытые, честные и доброжелательные. Уважительно обращались ко мне не из-за моего статуса, а сами по себе.

Родители Алека очень переживали и заметно нервничали, но я совершенно их не винила в произошедшем. Они и так, считай, восемнадцать лет скорбели о потере волчонка. Мне нетерпелось поговорить с ними, и как только появилась возможность, я пригласила их в дом. Оказывается, Дакота, мать Алека, была единственной дочерью Даррена. Она жила с матерью в этом доме после его смерти, а когда познакомилась с Ахованом, то перебралась в его общину.

Двадцать лет назад туда повадились ходить орки, и им приходилось постоянно воевать за территории. Во время её беременности недруги занесли какую-то заразу, от которой стали погибать оборотни, и поэтому им пришлось бежать оттуда. Вот по пути и случились роды. Одурманенные магией, они не осознавали, что оставили волчонка, и только на следующий день пришли в себя. Вернулись, но никого не нашли. Дакота плакала, рассказывая мне об этом, а я сама, сейчас находясь в интересном положении, жила с постоянно влажными глазами. Наревелись мы тогда вдоволь. Я рассказала, как рос Алек и как его учил всему Юрт. Ахован сказал, что обязательно навестит господина Каулиньша и отблагодарит за воспитание сына. Алек при нашей беседе не присутствовал. Ему наши слёзы были не по душе. Он веселился на улице и вовсю горланил песни. Ещё я узнала, что у него оказывается есть две сестрички, которых сегодня не стали брать с собой, потому что не знали, как я встречу их, но обещали в следующий раз нас обязательно познакомить.