Книга Всего лишь спор, страница 90 – Арина Вольская

— Да иди ты к черту, Сомаров, — огрызнулась я, и тут же вырвалась из объятий. Странно, что мне это удалось. — Я буду ходить в таком виде перед всеми, перед кем захочу. Ясно? — от злости даже сжала ладони в кулаки. — И я сейчас в таком виде исключительно благодаря тебе. Своих вещей я не нашла.

— Они в спальне. Во второй, — от ледяного голоса у меня пробежали мурашки по телу. Кирилл сложил руки на груди. Взгляд стал презрительным. — Найдешь. У тебя десять минут, — и, развернувшись, зашел к себе в комнату, в то время как я поежилась от его слов. Стало так плохо от тех эмоций, что он сейчас выразил по отношению ко мне. Больно и противно.

Обхватив себя за плечи, я вернулась на кухню. Посмотрела на чашку с кофе. От этого стало еще хуже. Его готовил Кирилл.

Я быстро вылила его, поставила в раковину грязную посуду. Включила воду. Аккуратно все вымыла, вытерла, поставила туда, где, как мне казалось, она должна стоять. Выключила воду. Пошла на поиски второй спальни. Та оказалась сразу после его. И там действительно оказались мои вещи.

Я залезла на кровать, подтянула коленки к груди, обхватила их руками. И стала гипнотизировать свою одежду взглядом.

Это я во всем виновата. Я все испортила. Почему психанула на его слова? Ведь все так хорошо было. Так… нереально. Просто стоять и обнимать его. Разве не этого я хотела? А что получилось? Сама оттолкнула.

Что я ему сказала? Из-за чего он вмиг стал совершенно чужим? Таким холодным…

Я зажмурила глаза, чувствуя себя виноватой. Он ведь не сделал ничего плохого… Сегодняшним утром, по крайней мере. Почему я не могла просто наслаждаться этим? Зачем мне понадобилось все разрушать?

— Почему не собралась до сих пор? — резкий голос Кирилла заставил меня вскинуть голову. Он стоял на пороге, засунув руки в карманы джинсов. Пальто уже красовалось у него на плечах. А выражение лица было жестким и холодным.

— Извини, — я неуклюже слезла с кровати, стремясь угодить ему. Не злить еще больше.

— Жду в прихожей, — проговорил он, и, развернувшись, покинул комнату. Я тут же принялась наспех переодеваться. И уже через минуту пошла за ним следом.

Он стоял в проеме между кухней и коридором, все так же засунув руки в карманы. Смотрел в окно. Взгляд сосредоточенный, задумчивый. На лбу выступила складка от того, что он хмурился.

Я как можно тише подошла к нему. Все еще чувствуя себя виноватой. Захотелось разгладить складку между бровей. Это ведь он из-за меня.

Отдернув себя от этой мысли, я стала одевать сапоги. Кирилл тут же перевел взгляд на меня, но я побоялась посмотреть в ответ. Лишь застегнула змейки. Подвелась. Взяла со стула свой пуховик. Надела на себя.

— Я все, — тихо проговорила, повернувшись к двери.

— Пошли, — спокойно отозвался Кирилл, и первый пошел на выход. Я посеменила следом.

Мы вышли из подъезда, и Сомаров подошел к своему мотоциклу. И не боится же вот так оставлять.

Я же остановилась буквально сразу же, неуверенно переступая с ноги на ногу. С одной стороны, я уже и так виновата, и не стоит сейчас ему перечить. А с другой, это же мотоцикл…

— Особого приглашения ждешь? — усевшись на свой байк, спросил Сомаров.

Вздохнув, я подошла к нему. Сама виновата.

— Надень, — он протянул шлем. Я же, поморщившись, проигнорировала эту штуковину, и, усевшись позади него, обхватила его за талию руками. И, набравшись смелости, прижалась щекой к его спине. Он, кажется, вздохнул, и сам надел шлем. — Крепче держись, — добавил, и завел мотоцикл. Я исполнила его пожелание.