Книга Наследие белого дракона, страница 32 – Ада Лисовская

— Рин? – я начала беспокоиться и положила руку на его напряженное плечо. – Рин! Что ты твори… Ай!

Я взвизгнула и отскочила в сторону, во все глаза таращась на мальчика. Теперь он открыл глаза и тяжело дышал, устало тыкая большим пальцем себе за спину.

Там раскрылись яркие рыжие крылья. Тоже дрожащие, с половину его тела.

— Вот, – прохрипел он, пытаясь отдышаться. – Если я смогу управлять этим, то всё может получиться.

— Ох, Милостивая Праматерь…

Схемы в тетради получались кривыми, но только лишь потому, что я нервничала. Один за другим вырванные листы летели на пол комнаты к радости вечно голодной Марты, и я начинала всё сначала, поэтапно расписывая план побега и отпивая из кубка тёплое молоко:

— усыпить бдительность Лоры;

— предупредить стражу о том, что видела что-то подозрительное в крыле нэрра Кайонела и отвлечь их внимание;

— заманить маму в сад.

По правде сказать, самая сложная часть была в том, чтобы перехитрить маму. И как-то заставить её не кричать, как только она поймёт, что к чему, и попытается сбежать обратно во дворец.

— Ох, Марта, надеюсь, Рин найдёт место и для тебя…

Курица вопросительно закудахтала, звеня своими украшениями. А я погладила ее по спинке и взмолилась Праматери, чтобы Рин нашёл способ управлять своими крыльями и унёс нас отсюда. А на нём ведь ещё была и нэс Грувия… Вот уж кого будет не так легко провести.

Я тяжело вздохнула, натягивая корсет, и посмотрела в окно. За месяцы в Парящей Сфере этот вид стал мне тоже дорог.

Ну, что должно случиться – то произойдёт. В моих силах лишь положиться на Рыжика и молиться Праматери.

И почему он ещё не научился летать?! Не говоря уже о перевоплощении в дракона. Я вспомнила несчастный взгляд мальчика, когда задала этот вопрос в саду. Конечно, он не виноват, без него не было бы даже этого хлипкого плана, но как же было обидно не воспользоваться всеми возможностями…

Я ещё раз окинула взглядом сады вокруг замка и туманные скалы вдали. Мы были в середине Проклятой Долины, а я до сих пор не понимала, почему этому чудному месту дали такое название. Когда-то для меня всё это было диким и чуждым. А сейчас сердце замирало, стоило только подумать о прощании. Больше я никогда не полюбуюсь на цветы Лоры.

Внезапно откуда-то снизу донеслось возмущённое кудахтанье. Марта разворотила почти всю бумагу, но самый большой кусочек прицепился к её клюву, и она никак не могла отцепить его, чтобы склевать до конца.

— Глупенькая, – я засмеялась, отходя от окна и ставя кубок с молоком на стол, – иди-ка сюда, я помогу.

Но не успела сделать и шага к курице, как она завертелась вокруг себя, следя за бумажкой и не в силах понять, почему не может её достать. И выскочила из моих покоев. Так стремительно, что я лишь сглотнула, успев проводить её взглядом.

— Стой! – я кинулась к двери, но тут же затормозила и побежала обратно, чтобы затолкать листы с планом побега под кровать. Не дай Праматерь её обнаружить служанкам!

Выскочив из комнаты, я натолкнулась на стражу. Открыла рот, чтобы приказать бежать за курицей и тут же закрыла, поняв, что в её клюве самая настоящая улика. Да они тут же доложат своему хозяину!

— К-куда?! – только и смогла крикнуть, во все глаза смотря на пустой коридор.

— Что, госпожа? – стражник недоуменно посмотрел поверх своего шлема и переглянулся со своим напарником.