Книга Наследие белого дракона, страница 70 – Ада Лисовская

— У меня перестала болеть голова, когда он оказался в моих волосах, – я улыбнулась Лоре.

— Значит, благодаря крупицам дара он продлит жизнь и моим незабудкам, – засмеялась она, упирая руки в бока и вновь привлекая мое внимание к грязным перчаткам. И где она так вымазалась? – Я хотела бы наслаждаться их красотой как можно дольше. А потом… – она остановилась и пожала плечами. – Все мы в конечном итоге – лишь удобрения цветам. – А потом посмотрела на моё удивленное лицо и звонко засмеялась. – Я же говорила, что вся наша жизнь – сад!

— Что это, Лора? – её перчатки окрасились уже почти до локтя. Запятнали и платье.

— Пора, – она вытянула руки перед собой и улыбнулась. – Тлеющие в огне розы, кто бы мог подумать, но этим цветам тоже была уготована роль в моем саду, – она усмехнулась и посмотрела себе под ноги, куда уже подобрался молочный туман. – Помните, что жизнь наша прекрасна, как прекрасны и эти цветы, госпожа. Я верю, что ваш букет будет полон красок и счастья.

Я закричала, тяжело дыша и всё ещё видя перед собой растворяющийся силуэт Лоры. В белый окрасился подол её платья, пополз змеей вверх и захватил силуэт, погребая под белизной темноту её волос и диадему. Лора превратилась в статую и растаяла в молочном тумане.

Закричала сильнее, когда оказалась прижата к чьему-то твёрдому телу.

— Тшш, – прошептал Бэлморт, укачивая меня в своих руках. Плавно, под мерные вздохи, вздымающие его грудь. Я сглотнула, расслабляя напрягшееся тело, и прижалась к нему, больше не закрывая глаз. Сделаю это – и вновь увижу Лору. Я хотела, до жути хотела посмотреть ещё раз в её зелёные глаза, но не в том страшном сне. Там она закрывала их навсегда.

— Это опять была она, – просипела я еле слышно в грудь мужчины.

— Я знаю, – сказал Бэл, поглаживая меня по голове. – Они все остались позади, Мирра. Лора, Грувия, стража императора и наш дом.

— И мама… Почему мы не взяли её с собой, Бэл? Вдруг это была ошибка… Мы бы отправились в Низший мир вместе.

— Это невозможно. Если хочешь опять увидеть её, мы должны найти место, которого нет ни на одной карте. Прошу, не теряй связи с действительностью. Времени на скорбь у нас нет.

Бэлморт не разговаривал со мной днём. Он был занят дорогой и игнорировал мои вопросы, но ночью, после приступов, утешал меня, как мог. Давал силы двигаться дальше.

— Мы не отправимся в Низший мир, да? – спросила, прочищая сухое горло. Неимоверно хотелось пить. – Ты обманывал, когда говорил, что туда тебя тянет сердце?

— И да, и нет.

— Ненавижу, когда ты отвечаешь так.

— Не хочу обманывать тебя.

— А я просто хочу домой. Забрать маму и снова жить в нашей деревушке. Почему ты не можешь отвести нас туда?

— Не будет никакой вашей деревушки, Мирра. И Низшего Мира тоже не будет, если мы бросим всё и отправимся жить туда.

— Второй этап очищения, да? – прошептала я, вспоминая слова Графии.

— Я бы хотел провести последние годы жизни с тобой, маленькая нэсса, наслаждаться каждой минутой в твоём обществе, видеть улыбку на твоём лице. Но сохранить жизнь тебе я хочу больше. Тебе и всем детям Праотца. Даже лишенным дара и пламени в крови, это мой долг.

Он говорил, а мои веки постепенно снова тяжелели. Очищение, Праотец, Низший мир… Всё это отдалялось от меня, становилось неважным, непонятным. Почему все вокруг говорили об этом? Почему кто-то хотел зла обычным людям?