Книга Под покровом призрачных туманов, страница 144 – Наталья Жарова

— Хвост лунного зайца.

— Хвост? — он расширил глаза, вмиг заинтересовавшись необычным названием.

— Видишь, как складываются его лепестки? Точно маленький пушистый хвостик. Похож ведь?

— Похож.

— А сок от этого растения способен превратить человека на несколько часов в любое животное.

— И даже в грифона?

— Нет, мой хороший, — рассмеялась я. — Грифон необычный зверек, так же, как и феникс, например. Они не живут у нас дома, не бегают по лесу, и не встречаются на каждом шагу.

— А в енота?

— Да, пожалуй, это возможно. А зачем?

— Стану енотом и укушу Розалинду!

— Дамис, — сдвинула брови я, хотя мысленно хохотала в полный голос. — К счастью, у тебя это не получится.

— Почему? — не унимался мальчишка.

— Собрать сок можно только раз в четыреста лет, когда на небосклоне появляется звезда Мантильена.

— А когда будет такое время?

— Через пару веков.

— Так долго… — разочарованно протянул он.

— Эти два растения, в свое время, уничтожили почти везде. Каждому хотелось иметь волшебное зелье. А сейчас считается большой удачей, коли повстречаются такие цветы, — я хитро улыбнулась. — Ты можешь отыскать их и пересадить в сад, а потом правнуки скажут «спасибо».

— Где ж их искать? — надул губки Дамис.

— Кто знает? У тебя жизнь длинная.

Мальчик сморщил лобик, явно размышляя о целесообразности таких поисков.

— Ладно, буду искать, — решился он. — Только зарисую цветы, чтоб лучше запомнить.

— Конечно, рисуй.

Обрадовавшись, Дамис взялся за карандаш. От усердия даже кончик языка высунул. И к концу урока на альбомном листке красовались два прекрасных цветка.

— Молодец.

У юного лорда несомненный талант, я уже давно замечала, как хорошо он рисует.

Кстати…

— Дамис, а случаем это не тот самый альбом, что я так часто видела в твоих руках?

— Я люблю рисовать, — насупился мальчик. Ему явно не понравился вопрос.

— Дай, пожалуйста, взглянуть.

— Нет.

— Почему?

— Он мой.

— Твой, — согласилась я. — Но с друзьями надо делиться, а мы ведь друзья?

Дамис пожевал губу, огорченно прикрыл глаза, но все-таки кивнул.

— Друзья.

— Значит, можно посмотреть?

— Можно, — он протянул альбом.

Я с любопытством перелистывала страницы одну за другой. Здесь было все, что угодно, все, что волновало мальчика и вызывало эмоции. На тонких листах бумаги отпечаталась жизнь в Темногорье.

Картинки казались живыми: от красивых пейзажей веяло свежим ветром, а портреты обитателей замка, призывно улыбались, даже не стараясь скрыть своих тайн. Но кроме солнечной идиллии, тут были и другие рисунки… Жестокость, злость, муки, страдания. Истинная природа долины.

— Ты объяснишь, что здесь нарисовано? — осторожно спросила я.

— Угу, — Дамис говорил едва слышно, точно делился самой сокровенной тайной. — Я же видел. Я все видел, но не мог говорить, — голос зазвучал еще глуше. — И тогда начал рисовать… Дара Эльдана, я показывал дяде Рэду картинки, но он не верил! Никто не верил.

— И ты перестал показывать.

Мне стали понятны чувства ребенка. Незаметный, он разгадывал самые диковинные загадки, был свидетелем самых жутких тайн. Я с интересом всматривалась в рисунки, постигая секретны, хранящиеся в них.

— Это Матильда, — шепчет Дамис, указывая на красивую женщину.

На картинке видны слезы в ее глазах и отчаяние во взоре. А рядом Розалинда — счастливая и жестокая.