Книга Академия для нечисти: Невеста Горыныча, страница 47 – Наталья Жарова

Честно сказать, он даже не сразу придумал, как реагировать на подобные речи… Так и стоял, удивленно вздернув брови, пока рядом наливался багровым гневом царь.

— Это что такое?! – взвизгнул он, отпихивая дочь в сторону от Змея. – Что такое, я спрашиваю?!

Змей почесал подбородок, куда только что впивался палец девицы, и вздохнул:

— Юродивая, не иначе.

— Как ты смеешь мою дитятку соблазнять?! – не унимался коронованный родитель. – Она не для тебя росла!

— Не для меня, согласен.

— Ишь ты, чего вздумал! Вон девок своих лапай, а к дочери моей прикасаться не смей!

Змей хотел было ответить, что он на нее даже трех раз за день не глянул, не то что прикасался, но не успел – к ним рывком подскочила Настасья, а за ней остальные подопечные.

— Это кого ты девками назвал, пень трухлявый? – сощурив голубые глаза, выдала русалочка. – Это кого ты лапать велел?!

— Угомонись, – шикнул Змей, но Настеньку поддержали подруги и вывалили на царя столько подробностей о нечестивом поведении его дочери, что тот едва за сердце не схватился.

— Да твоя дитятка сама на Ратмира весь день пялилась, как очумелая! – вопили они. – Думаешь, не видели, как зыркала? Поняла, что ее женишок слабенький оказался, и принялась нашего богатыря хомутать! Не дадим! Не позволим! А ну, девоньки, айда отседова, пока нашего молодца насильно не женили! Ратмир, прутик где?

— Тихо, горластые, – Змей чуть улыбнулся, – тихо. Все хорошо, никто меня насильно не женит. Да и кому я такой сдался? У Змея Горыныча на побегушках служу, супругу молодую и то привести некуда, если только все к тому же Горынычу во владения, а на это ни одна красавица не согласится. Кому захочется страшилищу прислуживать да каждый день косу подпаленную состригать?

Царевна нахмурилась.

— Шутишь?

— Какие шутки? Истинную правду глаголю, – серьезно ответил Змей.

— Прямо-таки с самим Змеем Горынычем?..

— В его дворце. Каждый день, каждое мгновенье подле него.

Сколько раз за свою долгую жизнь он объяснял девицам всю прелесть житья с чудищем – не перечесть. И ведь ни разу не обманул.

— Истину говорю, – повторил Змей и, отвернувшись, встретился взглядом с Настасьей.

И почему-то на один крохотный миг ему показалось, что именно такая, как она, могла бы решиться связать свою жизнь с ужасным зверем, со страшилищем, которым детей пугают. Именно с такой – бойкой и отчаянной – повелитель Погорынских земель мог бы найти счастье.

В конце концов, его матушка когда-то не испугалась.

* * *

Вернулась Настя в Погорынье задумчивая. Из головы не выходили Ратмировы слова. Нет, слова-то как раз были ожидаемые, а вот голос… Голос поразил болезненной грустью, которая звучала в низком мужском баритоне неправильной нотой.

«Он и правда не шутил», – подумала Настюша, поднимаясь к себе в комнату.

Не шутил… Все его жестокие слова были правдивыми. Действительно, мало девушек осознанно захотят жить тут. Хотя… Настя осмотрелась. Здесь не так уж плохо, да и Змей Горыныч еще ни разу огнем не плюнул, только грозился.

Конечно, в родном мире, в родном городе, в родной квартире жилось намного лучше! Даже сомневаться не приходилось. Но сейчас, в нынешних обстоятельствах, это место больше не казалось устрашающим.

Змей Горыныч вполне адекватный ископаемый ящер: не орал, голодом не морил, уму-разуму учил. А что вредничал, так это ему по должности положено.