Книга Ведьма Долины Роз. Потерянная во времени, страница 33 – Марина Медведева

Лорелею охватил стыд. Она было решила просто отдать ему деньги, ничего не прося взамен. Но потом одернула себя. Будь на месте Патрика Грегуар или Фунчик – не задумываясь, отдала бы золотые. Но Патрик – высокомерный красавчик. Поэтому она спрятала стыд поглубже и громко сказала:

— Я покупаю. Давай амулет.

Она протянула на ладони два золотых кружка и получила от Патрика шнурок с амулетом. Лорелея еще раз посмотрела на кусочек камня с рунами. Постаралась вспомнить, видела ли она такие руны в книгах. Ничего не припомнила. Она глубоко вздохнула и надела амулет на шею. Поправила волосы и спрятала камень под рубашку.

— Знаешь, — сказала она, застегивая курточку на все пуговицы, до самой шеи. – Я бы на твоем месте прекратила играть. Все же мама отправила тебя в Облачный Предел не для того, чтобы ты растратил все деньги и вместо учебы занимался таким негодящим делом.

— Это тебя не касается, — буркнул Патрик и крепко сжал в ладони полученное золото.

— Согласна, это не мое дело. Спасибо за обмен. Будет что продать – обращайся! – крикнула она Патрику и убежала.

Он остался стоять возле ледяной скульптуры старого тролля. Эта девчонка вызвала у него странные чувства. Насмешливая, даже грубая, и одета, как парень. Но зеленые глаза умные, живые, теплые, а рыжие волосы так красиво мерцают в белом свете ледяного сада. Патрик спрятал золотые в карман и вдруг подумал: заплатит Варнику проигрыш, но больше играть не будет. При мысли о маме и ее подарке, которого он только что лишился, в его глазах блеснули слезы.

Лорд Генрих Брэнс, глава Совета древнего города Сэрчуора стоял на городской стене и с тревогой взирал на раскинувшееся во льдах вражеское войско.

Вторую луну эльфы держали Сэрчуор в плотной осаде, не желали отступать и не поддавались на уговоры сэрчуорцев уйти взамен на богатые дары. Земли Стуженой Земли издревле славились дорогими мехами и скрытыми в толще Зубастых гор драгоценными камнями.

Сэрчуор стоял на отшибе Видимого Мира. С одной стороны город примыкал к каменной громаде Зубастых гор, по другую сторону на долгие дни пути простирались вековые льды. Здесь никогда не было тепла. В этих землях не знали времен года, привычных для других земель Видимого Мира. Лишь вечный Студень царил на просторах Стуженой Земли, где воздух был кристально чистым, а сизое небо толстым облачным покрывалом стелилось над бескрайними ледяными просторами.

Стены Сэрчуора были построены из ледяных глыб, настолько тесно пригнанных друг к другу, что между ними нельзя было просунуть даже лезвие тончайшего кинжала гномьей закалки. Дома и дворцы Сэрчуора разнились в зависимости от богатства их обитателей.

Купцы и знать вроде лорда Генриха Брэнса обитали в добротных каменных домах с огромными печами, сочившимися пахучим дымом. Дрова в Сэрчуоре стоили так дорого, что лишь богачи могли каждый день топить печи и согреваться ценным теплом.

Бедняки ютились в шатрах, где костяной каркас накрывался оленьими шкурами, ледяной пол устилали медвежьи шкуры, а еду готовили на крошечном очаге, дым из которого тонкой струей убегал в круглое отверстие в потолке. Шатры назывались «сэрами» и в них никогда не было по-настоящему тепло. Обитатели шатров круглый год не снимали теплых одежд.

Одевались сэрчуорцы в штаны из оленьей кожи, теплые сапоги на оленьем меху, медвежьи куртки и шапки. Богатые сэрчуорцы носили одежду из соболиного и лисьего меха. Сэрчуор жил охотой, которая начиналась перед Студеной порой и длилась до Мягкого Паводка, когда верхний слой льда слегка подтаивал, и на проталинах вылезали, тянулись к холодному солнцу редкие кустарники и травы. В это время охота была под запретом. Животные обзаводились потомством, и на Стуженой Земле стояла пора перемирия и благоденствия. Сэрчуорцы уходили в горы и старательно долбили крепкими молотками твердую горную породу – добывали драгоценные камни. Горным делом по давнему обычаю занимались гномы. Люды промышляли охотой и рыболовством на Юркой Реке, где воды не застывали даже в самую холодную пору. Немногочисленные тролли подвизались в охране города, предпочитая днями напролет дремать, привалившись к стене или лениво обозревать окрестности.