Книга Женить короля любой ценой, страница 49 – Виктория Серебрянская

Откровенно говоря, я плохо себе представляла королевскую оранжерею. В моем понимании это было нечто вроде теплицы под стеклом, в которой росли и цвели различные виды растений. В каком-то смысле так и было, но все же это был скорее сад, чем теплица. А смысл слов Рана о том, что завтракать мы будем в самом райском уголке дворца, я осознала, лишь ступив на порог просторного, застекленного со всех сторон помещения и ахнув от ударивших в грудь ароматов, источаемых такими яркими цветами, что у меня невольно заслезились глаза. Цветы были повсюду: цвели вдоль посыпанных мелким белым гравием дорожек, густым ковром покрывали клумбы, деревья, фигурно подстриженные кусты, свисающие откуда-то сверху лианы. Больше всего меня поразил маленький кустик, настолько мастерски подстриженный в виде маленькой собачки, что зеленый песель с цветами на носу, между ушей и на кончике задорно закрученного бубликом хвоста, был как живой. Казалось, вот-вот припадет к дорожке, потом подпрыгнет и активно завиляет этим самым цветущим хвостиком.

— Нравится? — усмехнулся мне на ухо эльф, обдав всю меня ароматом какой-то пряной зелени и хвои.

Отпираться было просто глупо.

— Очень! — выдохнула я, с восторгом оглядываясь по сторонам. — Спасибо, что уговорили и привели в это чудесное местечко!

Эльф хмыкнул:

— Всегда пожалуйста. Но это еще не все!

Неожиданно ушастый остановился, вынуждая остановиться и меня, что-то шепнул, а потом протянул руку к внезапно склонившейся над дорожкой ветке дерева с одиноким нежно-сиреневым цветком, чем-то смахивающим на полураспустившийся цветок магнолии. Сорвав цветочек, он склонился ко мне и аккуратно, нежными жестами вставил его куда-то мне в прическу, шепнув при этом:

— Леди Полина, не торопитесь отстраняться. За нами наблюдают.

Закончив с цветком, эльф поправил мне выбившуюся из прически прядку, обратным движением пройдясь костяшками пальцев по скуле. А у меня вырвался досадливый вздох. Почему-то впервые в жизни я сейчас пожалела, что это все ненастоящее, что вредный блондин просто играет на публику, стремясь вызвать ревность короля. Именно этому ушастому как-то удалось затронуть чувствительную струнку в моей, казалось бы, уже огрубевшей душе.

— Они ушли, — уже совсем другим, деловитым тоном сообщил мне ушастый и отстранился от меня, снова предлагая опереться на его руку. — Пойдемте, леди Полина, а то такими темпами скорее завтрак остынет, чем мы до него доберемся.

И мы пошли. Но очарование оранжереи как-то словно выцвело для меня, полиняло. Я больше не крутила головой по сторонам, стремясь разглядеть как можно больше. Поэтому до столика, расположенного в дальнем углу помещения под огромным, с раскидистой кроной, деревом, мы дошли очень быстро.

Придерживая для меня стул, чтобы мне было удобнее сражаться с пышной юбкой, Ран негромко сообщил:

— Это холло, — он кивнул на дерево. — Считается сыном Священного эльфийского древа. — Он коротко хохотнул. — Люди сажают его в надежде, что холло когда-нибудь зацветет и озарит благословением их дом.

Я невольно заинтересовалась и с любопытством покосилась на раскидистую темно-зеленую крону, пока Ран обходил стол и устраивался напротив меня. Дерево сильно напоминало мне дуб. И кроной, и формой листков. А тон, каким эльф произнес последнюю фразу, непрозрачно намекал на то, что холло никогда не зацветет.