Книга Грася, страница 72 – Юлия Меллер

— Это всё детектив! Не надо было нам за него браться! Это несущая несчастье премьера!

— Может наш театр прокляли?

— Вдруг это происки восточного театра?

А вечером обычный рабочий, крутящийся возле театра в поисках подработки, поджёг декорации к «Идеальному убийству» и сам погиб от удушья. На этот раз приехали лэры из тайного ведомства. Определили, что декорации спалили намеренно, но погиб рабочий случайно, и уехали.

— Да, и никакого проклятия на театре нет, — кинул напоследок затихшим актёрам некромант.

Грася рассказала Зибору всё, что произошло в театре, стараясь не упускать никаких деталей.

— Афиши все сняли. Господин Руш закрылся у себя, многие бояться приходить на работу. Что дальше будет, я не знаю.

Зибор притянул девушку к себе поближе, обнял за плечи и, успокаивающе поглаживая спину, принялся утешать.

— Грасенька, всякое бывает, может и правда конкуренты, а может случайности. Помнишь, ты говорила, что чаще всего всё разом происходит. Может, ваш Дайко несчастен был, о дочке мечтал. И вообще, ты же не знаешь, как он жил, вдруг он не жил, а выживал?

— Нет, Дайко из тех, кто не опустит руки при неприятностях! — принялась горячо возражать Грася.

— Яблоков ваш был странным, — продолжал Зибор. — Мне показалось, что он из очень обеспеченной семьи, но взял и ушёл из дому. Кто знает, что творилось у него в голове, какие страсти он в себе прятал?

— Ну что ты такое говоришь! Яблоков мог устроить поединок, мог страдать, мог, наконец, кого-то зарезать, но не сам себя, — и Грася изобразила, как актёр пронзает себе сердце.

— Насчет Нинель, ты же не будешь возражать, что она ушла из жизни очень по-актёрски и по-женски?

— Зи, ты с ума сошёл?! Что значит «по-актёрски»? Ты думаешь, если на сцене она распевала фривольные песенки, то и в жизни так же себя вела? Это её маска! Она порхала на людях, а дома у неё с бабушкой живут двое детей. Она могла вытянуть с любовника украшение, выпросить денег, но всё шло в семью.

— Да? Не знал. Она мне показалась легкомысленной особой.

— Мы, женщины существа сложные. Нинель могла быть разной, но бросить на произвол судьбы своих детей не могла. Она гордилась ими, всё, что раздобудет, тащила в дом.

— Верю, верю, не елозь на мне, — мужчина поцеловал в макушку и пофырчал в ухо, вызывая смех.

— Зибор, как ты думаешь, ваше ведомство возьмётся за расследование? Ведь всё очень странно!

— Не думаю. К вам проявили интерес, определили, что все погибшие находились в одиночестве в момент смерти.

— Внушение?

— Насколько знаю, определить было сложно и, скорее всего, нет.

— Значит, ты уже слышал про наши беды? А я перед тобой тут распинаюсь…

— Звёздочка моя, послушать тебя мне всегда интересно. Ты связана с театром, поэтому я с самого начала узнавал, что говорят у нас по поводу всех этих смертей. Каждый из самоубийц испытывал сильнейшее возбуждение, и определить вмешательство в этот момент сложно. Быть может лэра Ферокс сумела бы что-то выяснить, но сама понимаешь, никто не будет отвлекать её, а наши целители отметили только, что мозг в момент свершения самоубийства был очень активен.

— А если смерти будут продолжаться?

— Будем искать кому выгодно, чтобы театр закрылся. Кстати, эту версию сейчас отрабатывают, но даже ваши конкуренты, мечтающие о вашем провале, не готовы к убийствам. Так что не думаю, что изменят версию самоубийства на убийство. Да и, честно говоря, у нас там такое творится, что не до театра.