Книга Во славу человечности!, страница 37 – Юлия Меллер

Аня хотела, чтобы в первую очередь светом были обеспечены её жители, и лучшие мастерицы получили драгоценный мох в свои жилища уже с приходом зимы. Посоветовавшись со всеми, было принято решение всё же подготовить шерстяные ткани на продажу, а также дешёвую глиняную посуду с самобытным рисунком и более дорогие изделия из рогов, камня, дерева.

Кузнецы работали над различным инструментом, хозяйки шили тару для оставшихся после зимы сухофруктов, прикидывали, какое количество кленового сиропа можно отдать на продажу. Вартек оказался сладкоежкой, но все ли двуликие любители сладкого? Оборотень причмокивал, когда ел перчёное мясо, а деревенские собратья только чихали. Вартек пристрастился к кофе, а тот же Пак даже глотка сделать не смог, хотя сладкий тягучий шоколад ему понравился.

Рыть туннель пока не стали, но для помощи в преодоления горы придумали систему лифтов. Поделив высоту горы на пять частей, разровняли в необходимых местах участки, и как только начал удлиняться день, приступили к устройству подъёмных механизмов.

Аня думала, что потребуется её помощь, но Сибилл вместе с Даном, используя старые записи, соорудили настоящий лифт со стопором, со страхующей системой и поднимающийся усилиями самого пассажира. Даже она своими детскими ручками без труда поднимала свой вес и вес самого лифта за счёт каких-то роликов. Грузоподъёмность его всё же была ограничена, но следом принялись сооружать грузовой лифт, и он работал на силе осла, ходящего по кругу.

Аня одной из первых поднялась наверх, чтобы насладиться видами долины. Лейн походила на гигантскую чашу и казалась колыбелью человечества. Спустя месяцы девушка привыкла здесь жить, многому научилась и перестала скучать. Ей некогда было предаваться воспоминаниям, ведь так много задумано и столько дел впереди! Все отметили, что их Мать-правительница повзрослела, но она всё ещё была ребёнком. Зимой ей исполнилось всего лишь одиннадцать лет.

Однажды она, стоя в стороне, услышала принесённые ветром слова о себе. Это был разговор одной из девушек, довольно бойкой, с Вартеком. Его необычные глаза завораживали многих красавиц, они кокетничали с ним, искали его внимания, понимая, что он не простой оборотень и брак с ним будет хорошей партией.

— Вы так много проводите времени с нашей Матерью-правительницей, — обижалась дева в ответ на невнимание молодого мужчины, — неужели не скучно?

— Она интересная собеседница, — услужливый ветер донёс до Ани слова Вартека.

— Да, наша Мать умна, но она ещё девочка, к тому же некрасивая, — кокетливо прозвучали возражения, заставившие замереть Аню.

Она знала, что род Каремов не вписывается в стандарты красоты лейнов. Впрочем, как и род смазливого голубоглазого Дана или скуластого Амира с узкими глазами. Каремы все кучерявые, русоволосые, с меняющими цвет глазами. У Анны, в зависимости от настроения и освещения, глаза могли быть серыми, ярко-голубыми или тёплого глубокого серо-голубого цвета, но главным её отличием был греческий нос. Никто не знал здесь о греках, поэтому иногда её втихаря называли носатой, на это Ане жаловалась ещё маленькая Кареманна.

В роду у Дана все были голубоглазы и смазливы, что нетипично для мужественных лейнов, а тип лица Амира Аня отнесла бы ближе к азиатскому, причём очень красивому варианту, но здесь он удостаивался лишь фырканья от молоденьких дурочек. А те, кто постарше, считали, что, одаривая его вниманием, делают ему одолжение. Анна, как-то заметив это, сказала, что в её мире у него отбоя не было бы от девиц. Теперь ей довелось услышать о себе нелестное мнение и тем интереснее стало узнать, что ответит Вартек.