Книга Во славу человечности!, страница 385 – Юлия Меллер

Уже в сумерках люди подходят к берегу, но кораблей едва ли половина осталась, и повсюду убитые, принесённые волнами к берегу.

Кто-то из сражавшихся возле города и на дороге не дожил до утра, но Священные вдохновители нашли добрые слова, чтобы направить души погибших в светлые и счастливые места.

Следующий день у людей выдался хлопотным. Перевязка раненых, споры о дальнейшем. Решили переждать, пока твари никого не беспокоят, но через пару дней лёгкие ранения обернулись тяжелейшими воспалениями, и с каждым днём людям становилось всё только хуже.

Обетованная земля для чужаков стала проклятой. Оставшиеся целыми корабли уходили один за другим, бросая рыцарей и вдохновителей. Они свой договор выполнили, доставили войско до места, а дальше — не их забота. Наверное, все бы они ушли, если бы гигантские рыбы не преградили им дорогу.

На загаженное побережье вышел черноволосый мужчина, окружённый волками, а рядом с ним ехал на олене один из старцев. Они стояли и смотрели на засуетившихся людей. Кто-то из рыцарей собрался вступить в переговоры, но мужчина показал рукой на корабль и крикнул:

— Кто не уйдёт, ночь не переживёт, — и стоило ему произнести эти слова, как страх заполз в души людей. Никто уже не видел, как местный правитель поморщился, бросая недовольный взгляд на старца.

Утром берег был пуст. На родину возвращались меньше сотни кораблей, с половиной команды на борту, часть которой заменяли воины.

Однако потери этого дня продолжали преследовать участников священного похода. Ни один раненый стрелой воин так и не смог выздороветь, а обратный путь занял намного дольше времени, чем хотелось бы, что привело к бунтам на кораблях.

Проклятые земли, проклятый поход, вот так он войдёт в историю людей. Будут ещё пиратские набеги, но никогда больше не будут провозглашать священный поход против грязных отродий.

А пока на берегу стоял Гор с охраной и трое старейшин Западного леса. Лесных жителей пленила красота океана, и они не могли насытиться теми эмоциями, что он вызывал.

— Смотрите! — молодой старейшина указал на небо. — Богиня! Мать Светил!

Гор поднял глаза и с удивлением увидел плывущее облако в виде крылатой женщины.

«Чудеса!» — ухмыльнулся он. Но ещё большим чудом стал лёгкий дождик, пролившийся на преклонённых старейшин и вождя Чёрных. Ни одной тучки — а дождик идёт!

— Не оставила своих детей, — удовлетворённо произнёс моложавый старейшина, — значит, верен наш выбор!

— А ты сомневался? — хмыкнул Карем. — Зло есть зло, и с ним нужно бороться, какой бы облик оно не принимало.

Гор вопросительно посмотрел на старейшин, и наиболее молодой из них с чувством некоторого превосходства пояснил:

— Наш мир создан силой любви Богини и отдан ею сыновьям. Золотой Свет дал жизнь людям разных рас, а Серебряный Мрак — отец двуликим.

— Это я и без тебя знаю, — буркнул Гор.

— Да, это все знают, а вот то, что их Мать чувствует боль нашего мира, как свою собственную, мало кто понимает. Каждая творимая несправедливость, содеянное зло наносит урон её силе. Свет и Мрак пытались увести свои творения от разрушительного пути, но, видно, последние века слишком много горя принесли их Матери, что она показалась и сейчас послала нам своё благословение.

Тут Карем закашлялся и предупреждающе посмотрел на Гора. Старик явно знает о том, что Аню преследовали тревога и предчувствия, но не хочет говорить об этом своим.