Книга По зову сердца, страница 208 – Юлия Меллер

— Но как же тогда? Не выгонять же мне братьев своих и близких рода из дворца? Куда они пойдут?

— Тут ты прав, родню не выгонишь, но я тебе по-другому скажу, а ты думай. Ещё твой дед начал бороться с рождёнными без благословения детьми. Оно, конечно, каждый ребёнок, радость. Когда-то нас было мало и каждую новорождённую душу встречали с любовью. Время прошло, города заполнились, трещат по швам. Дети бегают и никому до них дела нет. Хуже того, недокормленные ходят.

— Ну это ты зря! Я велел из подарка леди Керидской большую долю выделить для общего стола, – возмутился Селвин.

— Ты может приказал, да не проверил.

— Зачем наговариваешь, Волфы всегда честны были, сами не доедят, но рук чужим добром не замарают.

— Это я и без тебя знаю, однако ребятня полуголодная бегает, а разобраться некому. Но я сейчас не об этом. Я веду к тому, что времена меняются, а установленные правила, нет. Твой дед призывал к ответственности родителей за зачатое дитя, но его тогда не послушали. Твой отец пошёл другим путём, приступил к поиску залежей адамаса, но сгинул. Они смотрели в будущее и пытались что-то сделать. У тебя налаживаются связи с леди из королевства. Кто знает, может за ней следом, со временем, придут к нам послы? А где ты их примешь?

— Во дворце и приму?

— У себя в спальне? Или быть может ради такого случая попросишь полки с просушивающимся мхом из парадной залы снять? К нам вербумы от имперо приезжали, стыдно сказать, у Лаббертов поселить пришлось. Во что это вылилось?

— Сам знаешь, братьев мне некуда выселять, как и других членов моего рода.

— Да знаю я, – раздражительно отмахнулся Вилхелм, – помню я, как они все радовались, когда ты им жильё выделил у себя. Теперь врагом станешь, если выставишь. Думай. Думай обо всём, о сегодняшнем дне, о будущем, решай, что для тебя важнее.

Селвин нахмурился.

— Если она едет сюда, то я её встречу достойно.

— Как скажешь, – покладисто согласился Вилхелм, – быстро ты принял решение. Ладно, пошёл я, подберу ребят для доставки светлой.

— Я с тобой пойду, – твёрдо сказал Селвин.

— Ловушки не боишься?

— Заранее выйдем и последим.

— И то дело, – не стал спорить Вилхелм, – послезавтра выходим.

Уважаемый ропак насвистывая мелодию ушёл, а круль остался размышлять.

Дед, отец, каждый пытался как-то решать проблемы города, но без полной поддержки всего населения, без помощи из столицы, неуспешно.

Деду больше всего досталось за то, что нагулянные дети до союза, вдруг должны были стать нежеланными в их обществе. Раньше-то каждого ребёнка любой отец рад был забрать себе, да ещё хорошие подарки делал матери. Но то было раньше, а сейчас никто не хочет брать себе обузу. Пока ещё ребёнок вырастит да пользу начнёт роду приносить! Женщины не глупы, они нынче только к ропакам в постель лезут, приданое себе собирают, но уже такие времена, что не каждый ропак может позволить себе лишнее дитя.

Дед всё это предвидел, ограничивая свободные связи, а его не поняли. Отец не стал продолжать дедово дело, а начал искать места, где можно было бы поставить новые дома. Не вернулся. А ситуация в городе за последние двадцать лет ещё ухудшилась, недалеко до трагедий осталось. Хорошо ещё действует закон, что на улице никого ночевать оставлять нельзя, иначе много замёрзших находили бы.