Книга Драконова Академия. Книга 6, страница 113 – Марина Эльденберт

— Как тебе вообще в голову пришло прийти ко мне?

— Потому что я видела тебя, и я знаю тебя. Я знаю, что ты меня не предашь.

Глупая девчонка.

— И несмотря на то, что произошло в Академии, — она снова закусила щеку изнутри, но потом продолжила: — У тебя большое сердце, ты бы никогда так подло не убил.

Надо же. С каждым разом ему даже становилось все проще об этом слышать, и говорить.

— Ты говорила о проблемах, Нэв. Какие могут быть проблемы в Мервесте?

— Мервест — это маленькое островное государство. По сути, этот мир принадлежит отцу, ну и… Адергайну. Мервест — островок спокойствия вдали от всего, что происходит, и, если Сьерра права, они не поддерживают то, что делает мой отец, и то, как он это делает. Но это государство — оно… государство, потому что отец и Адергайн это позволяют. Если ты понимаешь, о чем я. Поэтому… возможно, нас остановят на портальной границе. Возможно, отправят назад. Родственники Сьерры меня примут, но только если нас примет Мервест. Я не стала говорить этого при Алине. И я хотела посоветоваться с Люцианом, перед тем как туда идти, но теперь понимаю, что нам надо уходить сразу, и это меня убивает, и я на самом деле боюсь гораздо больше, чем хочу показать.

Она отвернулась, чтобы скрыть то, что могло отразиться на ее лице, в это мгновение становясь той, кем Нэвьери Драгон, по сути, и была. Невзирая на все титулы, обучения и прочие привилегии. Напуганной девчонкой. И Макс, поддавшись порыву, шагнул к ней и обнял.

— Я, конечно, не Люциан, — сказал он, почувствовав, как Нэв замерла в его руках. — Но я могу сказать одно: если существует хотя бы один крошечный шанс, надо попробовать. Пока есть всего одна вероятность, что получится, пробовать надо. Чтобы потом не корить себя за то, что сдалась. Ну и к тому же, я не смогу держать тебя в подвале два-три месяца, пока мы думаем, как поступить. Ты одичаешь и начнешь бросаться на людей.

Нэв хихикнула.

— Да, — сказала она. — Да, такое возможно.

И в этот момент Максу почему-то стало легче дышать.

Люциан Драгон

Насколько нужно быть долбанутым, выражаясь словами Лены, чтобы раз за разом наступать на одни и те же грабли? И эти слова тоже принадлежали Лене, и все его мысли принадлежали Лене, и сам он тоже ей принадлежал. Но, несмотря на то, что он готов был подарить ей всю жизнь, всего себя, ей он был не нужен. Иногда так получается, что мы не нужны тем, кого любим больше жизни. К сожалению, признать это не менее больно, чем сам факт.

После того, как Люциан не нашел ее у каани, осталось одно-единственное место, где она может быть. Темные земли, Мертвые земли — одна, как говорила Лена, хрен разница. Она ушла к нему. Или к ним — просто в Мертвые земли. Люциан понятия не имел, что ей сказал Альгор, возможно, ему стоило спросить сразу.

Но сразу была гордость.

Потом — злость. Потом — боль и отчаяние, потом — пустота. Когда ее не стало рядом, на него обрушилась пустота. Как будто Лена была воздухом, которым он дышал, а без нее внутри выключали свет. И это было гораздо страшнее, чем отсутствие магии, к которой он привык с детства.

Ему нужно было заняться поисками Сезара и остальных. Хотя бы попробовать, но вместо этого он открыл портал в Мертвые земли. Единожды идиот — всегда идиот.

«Я не чувствую ее здесь, — сказала Амани, когда они встретили его у подножья гор, — земля не чувствует ее. Но наши чувства не сильны в Мертвых землях».