Книга Драконова Академия. Книга 6, страница 20 – Марина Эльденберт

Несмотря на это все, несмотря на задание и обязанность уберечь свою семью от опасности, которой благодаря близкому знакомству с Валентайном Альгором и жестокой тупости Лики подвергались и сестра, и отец, Амильена замешкалась. Она не могла найти слов, в голове крутились какие-то бессвязные обрывки мыслей, начиная от слишком искреннего «я скучаю по академии» и заканчивая пустым злым «как-то так и докатилась».

— Боюсь, я не смогу принять решение по поводу вашей кандидатуры, если вы будете молчать. — Въерд напомнил о себе знакомым сарказмом.

— Могли бы для начала пригласить меня сесть, — огрызнулась Амильена.

— О, вот это уже больше похоже на вас, — теперь уже ректор «Доброе утро» усмехнулся. — Садитесь.

Он даже кресло ей отодвинул, что, впрочем, тоже выглядело крайне саркастично. Она опустилась в него, и, когда мужчина устроился напротив, в своем, посмотрела в окно. Из-за того, что мебель переставили, вид теперь был другой. Точнее, с места посетителя он и должен был быть другим, но Амильена прикинула, как это выглядит из того, другого кресла.

— Мне жизненно необходимо здесь работать, — сказала она, снова посмотрев на Въерда.

Ростом он был чуть ниже Валентайна, смуглый и широкоплечий, Берроуз коротким стрижкам не изменял. Несмотря на вернувшуюся этой весной в столицу моду на волосы до плеч (у мужчин), он оставался верен себе, и сейчас его пряди пребывали в художественном беспорядке. Настолько в беспорядке, насколько это мог позволить себе ректор.

Он изогнул бровь:

— Такого ответа я точно не ожидал.

— А чего вы ждали?

— Чего-то снисходительно-возвышенного.

— Снисходительность я себе сейчас позволить не могу, и мы с вами оба это знаем, а возвышенность оставьте кому-то другому. — Амильена всегда понимала, что говорить правду легко, и, переступив порог этого кабинета, она еще не сказала ни слова лжи. Это невероятно вдохновляло. Насколько может вдохновлять задание ВНР, конечно.

— И в чем же заключается жизненная необходимость?

— Дома я умираю от скуки. — Тоже ни капли лжи.

При всем при том, что она занималась делами Ведомства, помимо этого делать было абсолютно нечего. Привыкшая к тому, что весь ее день расписан по часам, она уже проверила и перепроверила всех управляющих отца, все, что могла, но… все равно отчаянно скучала именно по учебному процессу.

— Разве? Говорят, вы ведете насыщенную светскую жизнь. — Берроуз хмыкнул. — Или после ареста Марии Драконовой у вас снова не осталось подруг?

Амильена поморщилась.

— У меня их никогда и не было. Я общалась с Марией исключительно потому, что мне надо было с кем-то общаться.

— Невероятно вдохновляюще.

— Как есть.

Подруг у нее действительно не было. Со времен обучения в академии, потому что близость с Валентайном сначала чуть не превратила ее в изгоя. А потом, когда она от нее отказалась, уже при всем желании не могла смотреть на тех, кто от нее отвернулся, как прежде. Подпускать к себе близко кого-то нового не хотелось вовсе. Не хотелось снова разочаровываться. Ни в них, ни в себе.

Берроуз смотрел на нее в упор и о чем-то думал, и Амильена добавила:

— Я могу предоставить все документы о том, что моя квалификация…

— Вы приняты.

— Что?

Она настолько растерялась, что спросила это вслух. Берроуз только пожал плечами: