Книга Драконова Академия. Книга 6, страница 33 – Марина Эльденберт

— Я бы хотел полагать, что ваша улыбка вызвана чем-то приятным, магистр Эстре.

— Улыбки имеют обыкновение выражать что-то приятное, ректор Въерд.

— Вы сказали это и даже не подавились.

— Я не жевала.

Доброе утро издал какой-то звук, подозрительно похожий на смешок.

— Так вы озвучите мне свои мысли?

— Они вам не понравятся.

— А вы рискните.

Амильена пожала плечами:

— Я думала о том, что поскольку у нас с вами не семейный обед, меня могут принять за женщину с низкой социальной ответственностью.

— Вас это беспокоит?

— Честно говоря, нет.

— Я так и думал.

— Приятно наконец-то услышать, что обо мне на самом деле думают магистры.

Въерд кашлянул.

— Я ректор.

— Да-да, мы это уже проходили.

На сей раз они улыбнулись одновременно. На них глазели, и Амильена не сомневалась, что в скором времени пойдут слухи от ректоре и бывшем ректоре, но это, право-слово, такие мелочи. Раньше она этого не понимала, когда отказалась от Валентайна, поддавшись на уговоры отца. Сейчас этот мир представился ей совершенно в ином свете. Потому что в конечном счете важно только то, что ты сама о себе думаешь и знаешь, все остальное — тлен.

Они больше не говорили ни об образовательной реформе, ни о чем бы то ни было еще, что могло испортить настроение. Зато говорили про лето.

— Как вы относитесь к пикникам, Амильена?

— Вы больше не хотите называть меня магистр Эстре?

— Я переживаю, что в итоге вы все-таки подавитесь.

Она фыркнула.

— К загородным хорошо. К пикникам в парке, где вокруг безумное количество людей, не очень.

— Не знал, что вы не поклонница толп.

Амильена приподняла брови.

— Мне казалось, женщина вашего статуса и вашего положения любит внимание, а обеспечить внимание в безлюдном месте…

— Внимания я наелась, пока работала ректором. Не говоря уже о приемах, на которых каждый второй рассматривал меня как потенциальную маму для драконят. Пока я не стала ректором, конечно.

— Так вот почему вы столько проработали на этом месте? Не хотели рожать драконят?

— Именно так. Пока не стало слишком поздно.

— Поздно? Почему?

— Поздно в глазах тех, кто меня в таком ключе рассматривал. Но это уже совсем личное, не находите?

Въерд кашлянул.

— Тогда вернемся к пикнику. К загородному. Как насчет следующих выходных?

— Замечательная идея. Если он будет еще и у реки, я готова прямо сейчас начать собираться.

— Что, вы даже не скажете, мне надо посмотреть свое расписание, график встреч?

— Я же только что сказала, Берроуз, — она подхватила его тон разговора, — я уже вышла из того возраста. Сейчас мне опасно ломаться и выбирать.

Вот теперь он не выдержал и расхохотался, так откровенно, что на них стали коситься еще сильнее.

— Тамея, знал бы, что с вами так весело, позвал бы вас в ресторан еще раньше.

— Но вы не знали, — с совершенно непроницаемым лицом произнесла Амильена, — вам простительно.

Из ресторана, вопреки всем своим мыслям сегодняшнего утра и оглушающей новости, она выходила в приподнятом настроении. Судя по тому, что Доброе утро вызвался ее проводить, у него с настроением все тоже было замечательно, и Амильена предпочла не думать о том, почему эта встреча в неформальной обстановке вообще стала возможна. Подумать об этом она еще успеет. Десять раз. А пока… пока надо дышать полной грудью, впитывая всю прелесть лета каждой клеточкой тела. И наслаждаться каждой минутой, каждым мгновением этой жизни.