Книга Драконова Академия. Книга 6, страница 69 – Марина Эльденберт

Поэтому, когда Люциан заснул (я убедилась в этом, выглянув с лестницы вниз), я пошла собираться. Осторожно, чтобы не шуметь, собирала в свой мешок все только самое необходимое. Синее платье придется оставить здесь, и, хотя вот это совершенно точно было глупо, я испытывала по этому поводу искреннее женское сожаление. Я не знала, кому оно принадлежало, но когда я его примеряла, я словно переносилась в те самые времена, когда в моей жизни все было гораздо, гораздо проще.

— Мне будет тебя не хватать, — сказала я платью, и с губ сорвался смешок: дожили. Я уже с платьями разговариваю.

Хотя если я по кому-то и буду скучать, то это по Люциану. По нашему с ним непростому быту здесь. Дурацкая фраза «с милым Рай и в шалаше» заиграла новыми красками, особенно учитывая, что изначально этот дом был хуже, чем шалаш. Но мне понравилось приводить его в порядок вдвоем. Кое-как обживаться.

Да, здесь было много неудобств. Я бы сказала, здесь дофига неудобств, в том числе, что нельзя заказать доставку и поставить просто вариться готовые пельмени на плиту. При мысли об этом я фыркнула, а потом — снова, когда подумала, что мой ляп про брак был очень даже в тему. Вот сейчас, например, когда мы поругались, Люциан спит внизу в кресле, сунув под голову найденную нами еще в первые дни здесь подушку, которую мы с неделю отчищали и отстирывали от пыли, а потом еще пару дней сушили на солнце.

Мне определенно будет этого всего не хватать.

Вздохнув, я закинула мешок на плечо, открыла дверь и столкнулась лицом к лицу с Люцианом.

— И куда ты сейчас собралась, Лена? — поинтересовался он, глядя на меня в упор.

— Погулять в лес, — буркнула я.

— Спорим, если я загляну в твой мешок, я найду там набор желающего выжить в крайне суровых обстоятельствах? Или, если говорить точнее, набор абсолютно упертой девицы, которая ничего не хочет слушать, и хочет, чтобы с ней что-то случилось по дороге туда, куда бы она там ни собралась?

— Спасибо за веру в меня! — рявкнула я, поудобнее перехватывая лямки мешка, приделанные для удобства. По большому счету, это мог бы быть рюкзак, если бы не простой материал «дерюга классик» и не форма, а точнее, ее отсутствие, не позволяющие его повысить до этого звания.

— Я думал, мы все с тобой обсудили. — Он сложил руки на груди. — Ты только что переболела, я не мог тебе помочь магией, и, соответственно, сейчас ты чувствуешь себя слабой. Но все равно хочешь уйти. Что такого должно было произойти, чтобы ты захотела вот так уйти, Лена? После всего?

— Может, ты просто мне надоел?

Он поморщился.

— Не изображай стерву.

— С чего ты взял, что я ее изображаю?

— С того, что я знаю тебя.

— Или думаешь, что знаешь.

— Нет, Лена, я знаю тебя, знаю, что ты не бросаешь друзей в беде, и даже согласна выживать в этой развалине, только чтобы Адергайн не добрался до тех, кто тебе дорог. Так что? Ты мне расскажешь, что случилось?

— Я не могу, — покачала головой я, вцепившись в мешок снова.

Как будто он мог мне помочь.

— Нет ничего такого, о чем ты не можешь мне сказать. Я, конечно, могу строить предположения, но мне кажется, дело пойдет быстрее, если мы просто сядем и поговорим.

— Посреди ночи.

— Не я собрался бежать в неизвестность посреди ночи.

— Ты спал! — воскликнула я.

— Я очень чутко сплю, Лена. Особенно с того дня, как ты болеешь.