Книга Драконова Академия. Книга 4. Том 1, страница 112 – Марина Эльденберт

— Замечательно, — магистр повернулась к другим рядам. — Адептка Лузанская, с чем это связано?

— С тем, что когда самка хвиинста носит в сумке детеныша, в ее теле создаются мощные защитные магические импульсы, защита самца ей больше не нужна. Если попытаться дотронуться до самки с детенышем, можно получить магический разряд, способный привести к остановке сердца. Так же они — и самцы, и самки, являются единственными естественными врагами бьяниглов. Не считая обернувшихся драконов, хвиинсты единственные невосприимчивые к их яду обитатели нашего мира, поэтому они вполне успешно ими питаются. Еще они спокойно перемещаются между Дарранией и Темными землями, но выбирают преимущественно нашу территорию, поскольку в Темных землях очень много опасных тварей и менее плодородные места…

— Проще говоря, им там нечего жрать, а вот их сожрать могут, — тихонько добавил Дас, из-за чего по лекционному залу прокатился общий смешок. Не смеялась только Лена. И Соня.

Магистр тоже шутки не оценила:

— Я бы вас попросила, адепт Ниргэм, выражаться как подобает адепту учебного заведения такого уровня. По крайней мере, на моих занятиях. Благодарю, адептка Лузанская, а к вам, адептка Драгон, тоже большая просьба. Будьте внимательнее и запоминайте то, что я говорю. В этом году вас ждет много практики и серьезный экзамен. Который, увы, не отменит ваше замужество.

Соня перехватила надменный взгляд Клавдии, полный превосходства, и покраснела.

— Хорошо, — процедила сквозь зубы.

Дальше стало еще «веселее»: следующей лекцией шло магическое право, которое должна была вести Женевьев. Соня чувствовала взгляды однокурсников всей кожей, причем так остро, как будто все произошло только вчера. Скандалу их помолвочной «перетасовки» явно недоуделили время, потому что случился он перед экзаменами и каникулами, зато сейчас адепты явно буравили ее взглядами. Помимо этих буравчиков, в воздухе витал невысказанный интерес — что же будет — и нездоровое любопытство. Ее продолжали считать разлучницей: той, что «увела» Сезара у такой идеальной Женевьев Анадоррской.

Лены не было рядом, она будто нарочно приходила и садилась в самый последний момент, чтобы с ней не общаться — как будто Соня собиралась на нее напасть, привязать к стулу и заговорить до смерти! Ярд тоже исчез. Впрочем, покрутив головой, Соня обнаружила его на самом дальнем ряду, в самом дальнем углу, полусползшим под стол. Обычно туда садились те, кто меньше всего хотели учиться и любили заниматься своими делами на лекциях — рискуя получить отработку, выговор или вообще первую галочку на отчисление в личном деле, но Ярд выглядел так, будто отравился и подавился одновременно. Соня даже собиралась поинтересоваться, как он там вообще, но подняться едва ли успела: к ней, заставив подняться всех сидевших посередине, от компании драконов пересел Люциан.

— Ты как? — спросил он.

У Сони задрожали губы. Только усилием воли у нее получилось не разреветься и не позволить себе расклеиться окончательно.

— Нормально, — ответила она.

Люциан набросил небольшой Cubrire Silencial, отрезавший их разговор от рядом сидящих, и только после этого продолжил:

— Точно? С ней вы, судя по всему, так и не поговорили.

Соня мотнула головой. Говорить о Лене было больнее всего.