Книга Драконова Академия. Книга 4. Том 1, страница 80 – Марина Эльденберт

Я подхватываю лежащую на кресле виритту (Ленор сегодня собиралась в этой спальне, отдельно, чтобы поразить Валентайна своей неземной красотой) и иду к двери. Прямо так, в бальном платье, да, но мне все равно. Еще все равнее, что будет дальше, потому что прямо сейчас мне кажется, что дальше уже ничего не будет. Я выхожу на Эзалийскую набережную, бреду по ночной улице. Этот район — один из самых престижных и безопасных в Хэвенсграде, и все равно на меня с удивлением косятся редкие уже за счет позднего времени прохожие.

Во мне явно узнают адептку Драконовой Академии, то есть Академии Драконова, потому что ежегодный Открывающий бал — такое же событие, как и Зимний. Только если зимние балы проходят по всей Даррании, Открывающий — один-единственный, это традиция именно главного учебного заведения страны. О нем везде пишут, о нем везде говорят, а во Флидхааре за пару недель до его начала идут бурные обсуждения, кто и в чем придет. Разумеется, это просачивается в семьи адептов, и дальше, дальше, дальше…

А вот я дальше не могу. Не могу идти.

Может, я и сидела сегодня в сознании, но Ленор-то танцевала. Может быть, дело и не в этом. Может быть, дело просто в том, что я не хочу идти дальше. Не знаю, куда мне дальше идти, хотя Эзалийская набережная не просто большая. Она огромная. Проходит через несколько районов, сменяя не только повороты реки, но и атмосферу города, и архитектуру домов, и виды.

Платье возмущенно шуршит, когда я усаживаюсь прямо на ступени. Ноги все же гудят, даже несмотря на ультраудобную обувь, которая почти не ощущается. Я смотрю на водную гладь, в которой отражаются убаюкивающе покачивающиеся огни, они двигаются, как двигались сегодня пары в танце va’orra, «парение»: спокойно, размеренно, плавно, я бы даже сказала вальяжно. Это гипнотическое зрелище заставляет меня моргать и расслабляет. По крайней мере, я хочу в это верить.

Прохлада, которой с реки тянет весьма ощутимо, бодрит, заставляя невольно поежиться. Я лишь успеваю подумать о том, что надо было взять что-то, что можно набросить на плечи, когда на эти самые плечи ложится довольно-таки жесткая, но в то же время окутывающая теплом ткань.

— Нашла, где сидеть, — комментирует Люциан Драгон, усаживаясь рядом со мной на лестницу.

Люциан Драгон

Не таким он представлял свое возвращение. Да, если честно, он вообще смутно его представлял, потому что Академия после гарнизона казалась не то обыденной, не то слишком простой, не то вообще из другой реальности. Все эти балы, желание покрасоваться, показать, какой ты крутой. Забавно, но Люциан отлично помнил, что сам был таким. В точности таким же, а от воспоминаний о прошлом Открывающем бале вообще хотелось пробить лицо ладонью насквозь.

Тогда Лена только еще появилась в его жизни, а он был слишком собой, чтобы это оценить. По большому счету, он в принципе мало что ценил, разве что Нэв. И то относительно, а девушка, которую Люциан увидел на балу, была поразительно похожа на его сестру. Своей хрупкостью, огненно-рыжим цветом волос, тонкой, почти просвечивающей кожей, которую по весне украшала россыпь веснушек и оставалась надолго.

Она была одна, вокруг нее не крутились подруги, не толпились парни, и он подошел, чтобы познакомиться. А познакомившись, не сдержал улыбки, потому что девушку звали Амира. С Амиром они друзьями не стали, но дракон перестал его доставать после того случая. Не просто перестал, пару раз даже серьезно выручил, когда объяснил на практике тонкости построения боевых заклинаний и стратегии. Он же был одним из тех, кто вышел его провожать, когда Люциан возвращался в Хэвенсград после того, как Эстре дала добро на его восстановление.