Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 127 – Людмила Закалюжная

— Все материалы зарегистрированы Императорским техническим обществом и имеют действующие сертификаты безопасности, — парировала я, зная, как отец месяцами собирал эти бумаги, как сиял, получив последнюю печать от Лебедева. — Материалы хранятся в отдельном месте, оборудованном по последним правилам, о чем есть акт приемки от пожарной дружины Веретьево от десятого мая этого года. Вовка, принеси, пожалуйста, папку с сертификатами и актами, ту, что на верхней полке в кабинете.

Подмастерье кинулся выполнять поручение. Любимов переглянулся со своими подручными. Проверка явно пошла не по плану. В воздухе повисло напряжение… Как же мне нравилось менять будущее.

— Кроме того, — продолжала я, делая шаг вперед, — согласно тому же указу, проверяющая комиссия обязана включать представителя гильдии мастеров-артефакторов. Я не вижу здесь такового. Не могли бы вы пояснить этот момент, господин статский советник?

Тишина в мастерской стала звенящей. Даже привычный шум защитных артефактов почти исчез. Любимов покраснел. Я видела, как в его глазах мелькнула растерянность, быстро сменившаяся злостью.

— Вы… слишком умничаете, барышня! — выпалил чиновник. — Я здесь представляю городскую власть и вижу нарушения! Вон, посмотрите! — он ткнул пальцем в угол, где стояли ящики с древесной стружкой для упаковки товара. — Легковоспламеняющиеся отходы! И это только начало!

Я взглянула на ящики. Да, формально он был прав. Но…

— Эти отходы подлежат ежедневному вывозу к четырем часам дня, согласно договору с городским ассенизационным обозом, — сказала я, и в моем голосе впервые прозвучали стальные нотки. — Квитанции об оплате за месяц вперед у нас имеются. Это, опять же, документ. А какие документы можете предоставить вы, господин Любимов? Иначе ваши обвинения могут быть расценены как злоупотребление должностным положением с целью оказания давления на честного мастера. Особенно сейчас, когда внимание определенных высоких учреждений к техническим новинкам, рождающимся в стенах этой мастерской, как никогда пристально.

Лицо Любимова стало землистым. Он что-то пробормотал про «уточнить детали» и «вернуться». Его спутники уже не выглядели грозными, они переминались с ноги на ногу, их взгляды беспомощно скользили мимо моих охранников, которые теперь стояли в полный рост, скрестив руки на груди, и смотрели на чиновников с таким ледяным безразличием, от которого кровь способна застыть в жилах.

Вовка вернулся с толстой папкой, которую я торжественно приняла и раскрыла прямо перед носом еошеломленного статского советника.

— Вот все документы, господин Любимов. Копии можете снять. А оригиналы, как понимаете, должны остаться у нас. Могу также предложить чаю, пока вы изучаете, — сказала я сладким голосом, в котором не скрывала издевку.

— Нет необходимости. Мы… вернемся. С должным составом комиссии, — фыркнул Любимов.

— Всегда рады сотрудничеству с городскими властями, — сказала я, провожая их к двери тем же сладким тоном. — Ждем официального уведомления.

Когда дверь закрылась за тремя спинами, в мастерской воцарилась тишина, которую через мгновение нарушил глубокий, сдавленный выдох Вовки.

— Алиса Арсеньевна… да вы… вы их… — он не мог подобрать слов, его лицо выражало смесь восторга и ужаса.