Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 82 – Людмила Закалюжная

— Слуга говорил про монаха, а кто второй? — как бы между прочим спросил Максим.

Он не верил в неожиданности. В такую погоду легко прикинуться заблудившимся. путником, попросить помощи, а гостеприимство — один из древних имперских законов, который никто не рисковал нарушать, чтобы не гневить Творца.

— Инок Ираклий, он помог нам, когда сломалось колесо у кареты. И чтобы отблагодарить доброго человека, я предложил ему переночевать в усадьбе. Второй — Александр Викторович Колчин, оценщик имущества из Мирограда. Ехал из Казакова и заблудился… В такую погоду можно свернуть не туда, — грустно улыбнулся Горский.

Его улыбка казалась немного вымученной, и Воронцов отметил про себя, что стоит присмотреться к этим «неожиданным гостям» повнимательнее. В глубине души князя зарождалось предчувствие, что в этой усадьбе его ждут новые загадки и тайны.

— Как у вас продвигаются дела с изобретением? — князь решил отвлечь Горского от грустных мыслей, а заодно узнать, как обстоят дела в мастерской.

— Пока никак, — отмахнулся Арсений Петрович.

Но Воронцова было не обмануть. Новости наверняка были, только Арсений Петрович не хотел их озвучивать. «Как же ему объяснить, что я не враг?» — подумал Максим.

— Вот узнал, что партнер, с которым мы давно работали, поставлял мне бракованный товар, — раздраженно цокнул Горский и хлопнул ладонью по столу.

«О ком он говорит? Неужели о купце Фролове?» — мелькнула мысль у князя.

— А что за товар? — отличный шанс показать Горскому, что князю можно доверять. — Я попрошу поузнавать у столичных купцов. Все-таки там выбор предложений больше.

— Спасибо, ваше сиятельство. Но не хочу вас беспокоить своими проблемами, — улыбнулся Арсений Петрович. — Я собираюсь на днях в Мироград. К тому же, моя семья принадлежит к купеческой гильдии, и это открывает мне некоторые двери. Жаль, только время снова будет потеряно.

Расстались они на хорошей ноте. Арсений Петрович проводил Воронцова до двери одной из хозяйских комнат. Мужчины пожелали друг другу доброй ночи и разошлись.

Комната Максима оказалась небольшой, с одним узким окном, за которым бушевал дождь. Князь скинул сюртук, расстегнул воротник рубашки и подошел к камину, где разгоралось только что разожженное слугой пламя. От плотного ужина и тепла разморило, а на плечи опустилась усталость.

«Для чего ты приехала сюда, Алиса Арсеньевна? — думал Максим, уставившись на горящие дрова. — Какая тайна спрятана в этом доме? Какую тайну хранишь ты? Такая юная, такая красивая, а глаза цвета неба — как у человека, потерявшего… все. Разве такое возможно?»

И перед взором князя возникла хрупкая Алиса. В ее молчаливой стойкости он чувствовал родственную душу.

«Она бы поняла меня… мою месть, мою злость к „Черному Фениксу“, — уверенно подумал Воронцов.

Желание поговорить наедине с Горской стало только сильнее. И, будто подчиняясь этой мысли, полено в камине с треском развалилось, рассыпавшись снопом искр.

Меня разбудил кулон. «Сердце Феникса» так отчаянно вибрировало, что я открыла глаза и подскочила с кровати. Сердце бешено билось в груди от странного предчувствия, как будто вот сейчас свершится моя судьба.

— Творец! — прошептала я, оглядывая комнату, погруженную в сумрак. До рассвета еще пара часов. Дуняша сопела здесь же, на небольшом диванчике возле двери, а на тумбочке стояла потухшая свеча.