Книга Проклятый артефакт, страница 64 – Виола Редж

— Значит, завтра отвезу тебя к своим, там твоя черешня почти поспела, — решил Любомир.

— Да ну тебя, — отвернулась я.

Черешня — хорошо, но мороженое — это другое. Тем более мороженое мы будем есть только вдвоём, а к черешне прилагались его сёстры и матушка. Велеслава мне понравилась, но знакомиться со всем семейством сразу я была не готова.

Любомир тяжело вздохнул и всё-таки повёл меня на прогулку.

— Дайна, мне давно хотелось спросить, — начал он, сразу обеспечив меня мороженым в первом же попавшемся магазине, — почему твоя семья допустила отъезд в Вахлуевку? Ладно твой профессор был под ментальным воздействием, но семья?

Лучше б мы остались дома и продолжили снимать проклятье. В это время Любомир с вопросами не лез.

— У отца своя жизнь. Не уверена, что он вообще в курсе случившегося. А мама… она всегда говорила, что главное — это не создавать ей проблем.

— У нас всё не так, — ведьмак осторожно вынул из моей руки пустой стаканчик и мягко обнял. — Тебе понравится в Золотом, вот увидишь.

— Наверное, — согласилась я. — А ты расскажешь мне про Ксению?

— Корчёмкин сдал? — нахмурился Любомир.

— Велеслава, — улыбнулась я.

— Ах, Велеслава, — нехорошим тоном протянул он. — Завтра останется без сладкого.

— Ладно, не хочешь говорить, не говори, — я хотела сделать обиженный вид, но не стала.

Просто пошла дальше.

— Ксюха метаморф, — чуть погодя признался Любомир. — Она может быть какой угодно и очень любит играть. Любила, — исправился он. — Как сейчас — не знаю, она вышла замуж и уехала. Метаморфов мало, они строго следят за своими, чтобы сохранить популяцию.

— И ты до сих пор страдаешь? — уточнила я спокойным тоном.

— А похоже? — спросил он. — С того момента, как я увидел тебя, меня волновало только одно.

— Как совладать с непослушной плотью? — мне сразу стало веселее. — И поэтому рассказывал про бывших?

— Ну вот, ты сама всё знаешь, — он чмокнул меня в нос.

Точнее, хотел в нос, но промахнулся. Спустя мгновение мы уже целовались, будто в последний раз, прямо посреди вечерней улицы.

— А я говорил, — отдышавшись, напомнил Любомир, — давай никуда не пойдём.

Мне тоже уже хотелось вернуться в квартиру и продолжить там. Но ведь я решила сегодня добраться до набережной. И спросила Любомира, как всё-таки его зовут друзья. Любчик или Мирчик?

— Друзья зовут меня Мирко, — ответил он. — Но ты можешь звать меня как угодно, главное, чтобы перед этим шли междометия «о да».

— О да, Мирчик, — томно выдохнула я и спросила: — Так?

Какое-то время он держал паузу, но потом сорвался.

— И это мне ещё повезло, — сказал ведьмак сквозь смех. — Говорят, родители выбирали между Любомир и Любомудр. Представляешь, как можно сократить Любомудра?

— Мудрик? — сказала я серьёзно. — Да, тебе в самом деле повезло.

В общем, до набережной мы так и не дошли: хохотали до слёз. И в такси, и в лифте, а после в прихожей под укоризненным взглядом разбуженного Перца.

Ночь тоже была весёлой, я испробовала все варианты его имени с придыханием и без. А наутро ведьмак стал собираться в гости. В смысле торопил, чтобы собиралась я. Мол, у него накопилась куча бумажной работы, объяснений с начальством и прочей фигни, при которой я ему буду очень сильно мешать.

— Да я просто по городу похожу, — отбивалась я. — Даже близко не подойду, вот честное слово!