Книга Все, что нас не убивает..., страница 106 – Сия Стриж

Да-а-а, а изнутри-то дверца оказалась сделанной из цельной каменной плиты. Да и стены небольшой комнаты были сплошь из серовато-бурого с белыми прожилками камня. Никакой мебели, лишь голые стены и одинокое растение в картонной коробке посреди комнаты.

— Это таирил, — темный эльф обвел рукой помещение. — Камень изолирует потоки энергии, так что больше, чем есть в этой комнате, цветок не вытянет.

Я подошла к растению поближе и уселась рядом с ним на пол.

Ну-у-у, цветком это можно было назвать с очень большой натяжкой. Скорее что-то среднее между полудохлым кактусом и старой веткой шиповника.

Авфул остался стоять возле двери, достав из кармана своей фиолетовой мантии потрепанный блокнот и карандаш, которые он постоянно носил с собой. А де Эксилир устроился рядом со мной на полу.

— Не торопитесь, мисс Найт. Помните, о чем мы говорили.

— Да-да, помню, — нетерпеливо фыркнула я. — Медленно и осторожно.

— Совершенно верно. И если вдруг почувствуете, что не справляетесь, не стоит терять силы понапрасну, мы поищем другие способы.

Я сосредоточилась на энергетических потоках, коих здесь действительно оказалось мало, ибо недоцветок практически незаметно, но все же неумолимо втягивал их в себя. Мой резерв был полон под завязку, а на случай, если мне его не хватит, оба мага решились позволить мне стянуть немного их внутренней энергии.

Я, кстати, читала в одной из запрещенных книг, что любезно приносил мне глава мицаев (заставляя читать их только при нем) об этом чудесном свойстве магов-универсалов. Оказалось, что универсал не может бесконечно подпитывать себя чужими силами, ему обязательно нужно естественное восстановление. Я так поняла, что энергия живых разумных является чем-то вроде энергетика, но при частом ее использовании восстановление будет очень болезненным, да еще и может повредить собственную энергетическую суть мага-универсала.

Так что я планировала обойтись собственными силами, не используя без необходимости дополнительные возможности.

Прикосновение к растению вызвало уже знакомые мысли «А зачем оно все надо?», чувство все усиливающейся усталости и медленно разворачивающейся внутри безысходности. Но по сравнению с недавно пережитым это было лишь мимолетной слабостью, которую я легко подавила. Все же чувства азарта и предвкушения нового эксперимента были гораздо ярче непрошенной грусть-тоски-печали.

Поначалу дело шло туго.

Сплетенная во едино моя внутренняя энергия распадалась при приближении к несчастному опустошенному цветку и рассасывалась в нем. Приходилось напрягать усилия и удерживать потоки в плотном жгуте. Но как только наловчилась и смогла создать такой переплетенный мощный поток, что он не распадался, а смог укрепиться в растении, дело пошло живее.

Я чувствовала, как жадно колючими ветками впитывалась энергия, словно вода высохшей после длительной засухи землей. Причем в какой-то момент мое восприятие раздвоилось, и я стала чувствовать не только себя, но и словно разделяла облегчение и радость цветка. Цветок, кстати, оказался не кактусом и не шиповником, а кустом нежно-кремовых роз.

Почувствовав, что уже вполне симпатичное растение энергию больше не поглощает, я еще немного за ним понаблюдала и удовлетворенно вынырнула из сосредоточенности на энергетических потоках.