Книга Жертва, страница 113 – Марина Эльденберт

Стивенс не считал себя параноиком, но в данный момент почему-то подумал о том или о тех, кто решил сохранить эту зацепку для потомков. Был ли обмен данными плановым или спонтанным, сейчас выяснять возможности не предоставлялось. Кое-что интересное вырисовалось при очередном внимательном прочтении дела. Детали, на которые не сразу обращаешь внимание, потому что изначально они кажутся незначительными и никак не связанными друг с другом.

Воронова была беременна, когда её обратили. Случаи обращения женщин в положении имели место быть, и это неизменно провоцировало выкидыш в течение сорока восьми часов максимум. В Зальцбурге Воронова жила в семье швеи, была няней её маленькой дочери. Рэйвен предположил, что Кристи Коул — родня по первой кровной линии. Что, если она была не измененной дочерью Беатрис, а родной? Догадка была на грани фантастки, но Кристи Коул выжила во время эпидемии и не лишилась своих способностей. Можно было предположить, что на почве обращения и потери ребенка Воронова тронулась умом, но измененные не ведут оседлый образ жизни. Для них каждый день, как последний, они не думают о том, что будет через год или через два, хотя наделены фактически бесконечным запасом времени. И совершенно точно они не живут в семьях с мамашами и их дочурками. Если, конечно, одна из них не дорога тебе по каким бы то ни было причинам. Слишком дорога.

Чем больше Джеймс размышлял на эту тему, тем более реалистичной ему казалась собственная гипотеза. Провинциальная швея не тянула на подругу сердца молодой измененной, зато маленькая Авелин вызывала подозрения. Особенно если принимать во внимание её возраст. Все сходилось на том, что это дочь швеи была дочерью Беатрис, рожденной после изменения. Если так, девчонка стала первой и единственной в мире живорожденной измененной, что многое объясняло. В частности, почему вирус, выпущенный «Бенкитт Хелфлайн» осенью две тысячи одиннадцатого, на неё не подействовал.

Оставалось решить, что делать с этой информацией, потому как сведения, почерпнутые им из весьма конкретного источника, явно заинтересовали бы и Рэйвена, и Кроу. И в обоих случаях не только сведения, но и вопрос, откуда они у него. Оставалось придержать их до особого случая и заняться поисками дочери Вороновой. Поймать Авелин, и получить бонусом Беатрис, а следом — влюбленного по уши профессора. Девчонка сама по себе бесценна для исследований, над которыми бьются бывшие кровососы, она — тот самый козырь, который приведет его к Вальтеру.

Придется поднапрячься. Если верить делу Беатрис, Авелин уже за двести и она умудрилась стереть все данные о сущности Кристи Коул, коей развлекалась несколько лет, в рекордно короткие сроки. Её мамаша тоже прошла огонь и воду. Если потерять их сейчас, они затаятся и будут скрываться столько, сколько потребуется. Годы. Десятилетия. Эти твари умеют выживать.

Вальтер подождет, а вот у Хилари нет ни единого лишнего месяца. Ему нужна измененная, чтобы по цепочке вытащить остальных, а найти её можно только через Энтони Хартмана.

Джеймс прекрасно понимал, почему Кроу не спешит с давлением на неё через парня. Профессионал и расчетливый тактик, он предполагает, что измененная поступится своей трогательной привязанностью и не сунется спасать своего милого. А зря. Что-то же привело её к Беатрис, хотя если следовать логике Авелин должна была исчезнуть, уйти в тень. Светиться рядом с матерью, которая отнюдь не в Тибете коз выращивает отшельницей, не самое лучшее решение.