Книга Жертва, страница 35 – Марина Эльденберт

— Умением чувствовать, — ответила Беатрис и замолчала. Теперь она уже и сама не знала, зачем согласилась на эту прогулку. Настроение стремительно ухудшалось, тревожные мысли не давали покоя, и рука снова начинала ныть — она забыла выпить обезболивающее. Заражение прошло стороной, но рана будет беспокоить ближайшие пару недель как минимум.

Она злилась на него за то, что больше похож на бревно, чем на нормального мужика, злилась на себя из-за того, что ведет себя совершенно непрофессионально. В итоге ещё больше запутывалась в невеселых мыслях, причин которым было немало.

— Редкое умение, — тихо произнес Сэт, оказывается, он её слушал. — Моя девушка бросила меня, потому что я бесчувственный чурбан. Давайте вернемся назад. Вы еще не оправились после ранения.

— Хорошенькая отговорочка, — фыркнула Беатрис, продолжая идти вперед из чистого упрямства, — ваша девушка бросила вас потому, что она вас не любила. Не уверена, что этот факт признать легче, но других вариантов нет.

Ей хотелось сделать ему больно, спровоцировать, вытряхнуть из состояния созерцания и заставить вспомнить, что у человека должны быть эмоции. Он больше напоминал куль с ливером, нежели чем мужчину. Ей доводилось встречать отморозков, но в случае с профессором это было нечто иное. Он будто замкнулся внутри своей скорлупы, которую не брала самая современная дрель.

— Самым неожиданным фактом для меня стал тот, что я тоже ее не любил, но это слишком старая и скучная история, — грустно усмехнулся Торнтон. Он шел за ней, как если бы не представлял, куда идет в принципе.

Беатрис вспомнила, как во время встречи с Рэйвеном он рассказывал историю «их» знакомства. Тогда он показался ей по-настоящему живым, тогда в его глазах горел огонь. О том, что у неё есть загадочная соперница, Вальтер не знал, или же предпочел умолчать. Как бы там ни было, сейчас самое время выяснить, кто она.

— Так расскажите интересную, — произнесла Беатрис, — расскажите мне про женщину, которую вы представили за меня в своей истории. О ней вы говорите иначе, и мне это нравится.

Кажется, она попала в точку. Профессор растерялся. Он не мог забыть её до сих пор.

— Да, — Сэт говорил о ней, как о мечте. — Она самая великолепная женщина, которую мне доводилось увидеть. Но у меня не было шансов.

— Это она вам сказала? — поинтересовалась Беатрис.

— Нет, это было очевидно, — раздраженно ответил профессор — так, будто она была студенткой, и он объяснял ей какой-то элементарный вопрос. Раздражение — это уже эмоция, и про себя Беатрис отметила, что находится на верном пути.

— «Это было очевидно», — передразнила она, — очевидно, что сейчас мы в Италии, и я иду с вами по дороге. А ещё то, что вы плохо знаете женщин, если делаете такие выводы, опираясь только на свои догадки.

— Я бы не выдержал конкуренции, — рассмеялся Торнтон, и у него это получилось весьма доброжелательно. — Я не претендую на доскональное знание женщин, но взгляд ее парня был красноречив.

— Испугались! — Беатрис торжествующе подняла палец вверх. — Так и я подумала. Вы же не с ним спать собирались, я надеюсь?

— Я не интересуюсь мужчинами, — кажется, ее предположение его развеселило, но веселье быстро прошло, уступив место привычному для него выражению спокойствия. — Потом она просто исчезла из моей жизни.